Ну, сколько можно? Хватит уже!
Поворачиваюсь на бок и пытаюсь заснуть.
Но минут через двадцать раздается телефонный звонок, вырывая меня из приятных лап Морфея. Кто так настойчив?
— Да, — хрипло со сна отвечаю, даже не посмотрев на номер звонящего.
— Лиска, у нас ЧП! — чуть ли не орет в трубку дядька.
— Что случилось? — вскакиваю в постели. Сон как рукой сняло.
— Сервис. Черт, — слышу отборный мат в трубке. И какой-то посторонний шум.
— Что? Что случилось, дядь Паш? — мне уже передалось его волнение, но еще не могу понять происходящего.
— Горит. Горит сервис. И все тачки, что стояли на ремонте. Господи, Лиска, — и отключается связь.
Я доли секунды пытаюсь прийти в себя. Утрамбовать в голове полученную информацию. Совладать с мыслями и заставить двигаться тело, которое сковал страх. Страх… а потом паника.
Спрыгиваю с постели и бегом на ходу натягиваю, что попадется под руку. Чуть не падаю в коридоре, когда обуваюсь. На шум выходит сонная мама из своей комнаты, кутаясь в махровый халат, а у меня и в горле пересохло от волнения, и руки и ноги предательски трясутся.
— Дочь, ты куда? — взволновано спрашивает она."
"— Мам, беда у нас. Паша звонил. Сервис горит. Черт. Я и байк там оставила, — уже всхлипываю, не в силах сдержать слезы, что катятся по щекам и застилают глаза. — Я к нему побегу, — смахиваю ладошкой соленые дорожки. — Сейчас дяде нужна поддержка, да и помощь может какая, — целую маму в тоже уже мокрую от слез щеку и выбегаю из квартиры.
Я давно так не бегала, до ватных ног и боли в боку. Сорвавшегося дыхания и дрожи во всем теле. На мотоцикле до сервиса пятнадцать минут езды. Пешком коротким путем минут тридцать. Я же бежала что было сил. И справилась с дорогой за десять минут, несколько раз чуть не падая, спотыкаясь о камни, плохо разбирая дорогу. Боялась не успеть. Куда? Зачем? Вряд ли я уже могла чем-то помочь, но сердце болело. Все мое детство, все время, что я себя помню, я росла вместе с этим автосервисом, а сейчас…
Зарево было видно за несколько километров.
Горел весь автокомплекс, что был построен за столько лет, и мойка в том числе, которую дядя совсем недавно открыл. Горело все. Полыхало адским пламенем. Здание, оборудование, машины пожирал беспощадный огонь, безжалостно уничтожая все, что было нажито непосильным трудом.
Недалеко от пожарища стояли несколько человек, вдали слышался вой сирен.
