Стоит ли рассказывать, какое удовольствие мы с Ромашкой испытывали, прогуливаясь по парку, расположенному недалеко от дома, в компании Лисы? Дочь держала нас за руки, как и тогда, когда мы пошли в магазин, с абсолютно счастливым выражением на лице перелетая через поребрик. А добравшись до детской площадки, дочурка утащила Алису с собой на городок, разрешив мне скромно постоять в сторонке. Наблюдение за девочками, резвящимися и играющими в догонялки, вызывали сумасшедшие, ни с чем не сравнимые эмоции. Кажется, они и правда были на одной волне.
— Руслан Данилович, хватит стоять в сторонке, — машет головой Лиса. — Теперь ваша очередь прыгать. А то смотрите все на нас, — смеясь, зовет меня. — Так нечестно!
— Я сто лет не играл в классики, если вообще играл, — отвечаю, нехотя направляясь к девушке.
— Ничего не знаю. Я уже выбилась из сил. Ваша дочь, как батарейка, которой подзарядка только ночью потребуется, — передает мне камушек в руки и ждет моего хода.
— Да, пап, давай, — гордо поддакивает малышка.
— Да с меня песок посыплется, — пытаюсь отказаться от этой заведомо провальной идеи.
— Не надо прибедняться, уж на старого вы меньше всего походите, — а вот эти слова реально радуют и тешат мое самолюбие.
В итоге переспорить девчонок мне, что ожидаемо, не удается и приходится вспоминать детство. Не знаю, сколько по времени мы сходим с ума в парке, играя то в догонялки, то в классики, то в еще непонятно откуда всплывшие в голове игры из детства, но возвращаемся домой и с удивлением понимаем, что уже шесть часов вечера. Умаялись все, даже Ромашка.
— Кажется, батарейка все-таки села, — тихо посмеивается Лиса, открывая дверь, так как мои руки заняты уснувшей дочуркой.
— Точно. Впервые за три года. Кажется, мы ее переиграли.
Поднимаюсь в детскую и укладываю свое чудо на кровать, стягивая с нее кофту и ботинки. Надо же было так упрыгаться, что сон сморил прямо за столиком в кафе, куда мы зашли поужинать.
Укрываю спящую дочурку одеялком и целую в лоб. Тихо закрываю дверь и спускаюсь обратно к гостье.
Алиса уже собрала то небольшое количество вещей, что брала с собой к нам, и, накинув рюкзак на плечо, ждет меня в прихожей.
— Ладно, я, пожалуй, поеду, — смущенно улыбается девушка, когда я оказываюсь в поле ее зрения.
— Может… — машу рукой в сторону кухни, соображая, как бы еще ее задержать в нашем доме. После того, как остались наедине, градус неловкости определенно возрос. Даже у меня, который в принципе никогда не смущался в обществе женщины.
