Утро в женской консультации стало последним, что увидела и почувствовала моя старая жизнь. Я шагала с уверенностью в плоском животе, настроившись на позитивный лад. Двенадцать недель — это очень ответственный период, и я ждала这一天的到来，带着对未来的无限憧憬。
Среди множества лиц я различила ректора Модина, Перко Дарта и ненавистного декана Лерана, метнувшего в меня убивающий взгляд. Ответила ему тем же и прошла мимо.
— Приветствую тебя, Карлимиллион! — Как и подобает, король Актеон поднялся с места, приветствуя высокого гостя. Вот только титул его не произнес вслух. — Не скажу, что скучал, да и не рад твоему визиту. И все же благодарен, что ты его нанес. От продления мирного договора зависят жизни моих подданных, а это выше моего личного мнения.
Хорошо сказал, ничего не скажешь.
— И я приветствую тебя, Актеон! — вяло кивнул Карл и тоже, будто случайно, не упомянул королевский титул. — Мое появление здесь временное и вынужденное. Но ты прав, жизни подданных куда важнее личных предпочтений.
После обмена приветствиями Актеон занял место на троне. Карл остался стоять, но это только ему в плюс. Несмотря на постамент и сам трон, повелитель драконов, статный Карл, возвышался над низкорослым и пухлым крепышом Актеоном, как могучий дуб над корявым кизильником.
Воспользовавшись заминкой, к Актеону подскочил ректор Модин и что-то шепнул на ухо.
— Прежде чем перейти к обсуждению пунктов договора, я требую отпустить мою подданную Дарину Врину, — проговорил Актеон, недобро щурясь. — Предательницу Ордена и Светлого королевства в целом. Она заслуживает понести назначенное ей наказание. Не стоит мешать правосудию.
Вот и об экстрадиции вспомнили.
— Ты ошибаешься, Актеон, стоящая рядом со мной девушка не Дарина Врину и не твоя подданная, — сказал Карл, как отрезал.
По залу прокатился гул голосов. Одни испуганные, другие возмущенные, третьи были и вовсе обвиняющими. Одна из дам свалилась на руки кавалера, использовав неподходящий момент для флирта. И только лицо Актеона осталось непроницаемым, лишь кустистые рыжие брови взлетели вверх и тут же заняли исходное положение.
— Чем ты докажешь, что стоящая здесь девушка не является Дариной Врину? — скептически поинтересовался король. — Потому что все мы видим именно ее.
— Плохо смотрите, — парировал Карл, позволив себе усмешку. — Стена пропустила Дарью дважды и не причинила вреда. Не это ли лучшее доказательство ее избранности для этого мира?
Ректор Модин развел руками — крыть тут было нечем.
