Шурка любит выдумывать истории и лгать налево направо. Но даже он не осмеливается обмануть свою мелкую "личность", которую они сами создали из клеток — такими, что заметить их можно только под микроскопом. Сегодня они все еще малыши — маковые зернышки, вечно щурящиеся от света вокруг. Кто знает: может быть, им повезло бы родиться девочками, как Софья из Испании, красавица своего времени, жившая почти полвека назад....
Диссертации в гуманитарной области на девяносто девять процентов – старые перепевы, вид того же яблока, но сбоку, топтание на месте или микроскопический шаг вперед. А Гришина диссертация грозила стать событием. Поэтому у него были трудности с оппонентами: уговорят какого-нибудь ученого из родственного института, тот прочитает работу – и в кусты, отказывается. Потому что в кустах отсидеться – самая мудрая политика. Взойдет новая филологическая звезда – и хорошо, затопчут – я ни при чем. Вполне академическая позиция.
Гриша в совершенстве владел всеми пластами лексики.
Гриша и Нина – единственные на кафедре сотрудники, не обремененные семейными узами. И со свойственным любому коллективу (от пожарных до академиков) упорством их пытались поженить. Тем более что Гриша был немосквичом, и у него имелись проблемы с пропиской-регистрацией.
Нина признавала превосходство Гришиных лингвистических талантов. Зато как педагог он не блещет.
От вульгарных неологизмов перешли к «руслишу» – зародившемуся в конце девяностых годов бизнес-языку. Руслиш – сращивание «русиша» и «инглиша». Гриша достал компьютерную распечатку:
– Только послушайте! Текст из газеты «Бизнес» для деловых людей. – Начал читать, голосом выделяя руслиш. – «У попавшего на совещание маркетологов неподготовленного человека голова может пойти кругом.
Реакция на газетную цитату не замедлилась:
– Какой кошмар!
– Бизнесмены хуже уголовников.
– Очень любопытное явление.
