Тонкий том с обложкой из серой матовой бумаги лежит на столе, словно таинственное создание из другой реальности. Книга кажется легкой и безобидной, но внутри она хранит мощь и сложность, непостижимую для обычного языка. Следует за каждым пером, каждый словом, чтобы раскрыть ее сокровище – это настоящий Манускрипт дьявола....
Несколькими днями ранее Якоб потребовал от меня доказать, по-прежнему ли я такой хороший плотник, каким был прежде, и я вынужден был своими руками мастерить для него легкий сундук. Что за изощренная издевка! Конечно, мне было не под силу справиться с этой работой самому, и я нанял работника, который показывал мне, шаг за шагом, что нужно сделать.
Должно быть, он счел меня сумасшедшим – подумать только, состоятельный господин нанимает плотника и платит деньги за то, чтобы его научили делать сундуки! Это нехитрое дело потребовало от меня столько усилий, сколько я не тратил прежде на самый изощренный обман.
В тот день я должен был закончить работу: оставалось лишь отполировать торцы деталей, которыми плотник предложил украсить крышку. Пока я занимался этим, старик расхаживал по комнате, уча «Йозефа» жизни и делясь своими воспоминаниями. Я уже заметил, что у него чередуются дни просветления и сумбура, и приучился по незначительным мелочам определять, в каком сегодня состоянии находится Якоб.
Увы, надежды были напрасны. Закончив очередную историю из своей юности, Якоб сел в кресло и принялся молча наблюдать за моими действиями. Я прикладывал все усилия к тому, чтобы выглядеть умелым мастером, но, боюсь, не преуспел в этом.
– Через три дня, – вдруг проговорил Якоб, и я вздрогнул от неожиданности.
Объяснения не последовало, и чуть позже я решился уточнить:
– Что случится через три дня?
Старик по-прежнему молчал, и я уже начал думать, что ответа не услышу, как вдруг он сказал неторопливо и безучастно:
– Через три дня ты сможешь забрать ее.
«Что?!» Сперва я решил, что ослышался, но Якоб повторил свои слова снова и, зажмурившись, опустил голову на грудь. Я смотрел на него во все глаза. Господь Всемогущий, неужели он согласен?! Но, наученный горьким опытом, я не закричал и не стал допытываться у него, правда ли то, что я услышал.
