Тонкий том с обложкой из серой матовой бумаги лежит на столе, словно таинственное создание из другой реальности. Книга кажется легкой и безобидной, но внутри она хранит мощь и сложность, непостижимую для обычного языка. Следует за каждым пером, каждый словом, чтобы раскрыть ее сокровище – это настоящий Манускрипт дьявола....
– Элементарно я ее расшиф… шевро… фро… ваю…
Он встал, обвел глазами комнату и прижал ладонь ко рту. Постоял, покачиваясь, а потом издал булькающий горловой звук. Судя по брезгливому выражению лица собеседника, вышло у него вполне натурально.
– Щас… – выдавил Макс. – Вернусь – расскажу! Шатаясь, он вывалился из двери в темное холодное помещение, услышав презрительно брошенное вслед: «Готов!» Сказавшему что-то ответили, но Максим плотно прикрыл за собой дверь, и обрывок фразы пропал.
За дверью все его мнимое опьянение как рукой сняло.
Майская ночь после пролившегося накануне дождя окатила его свежей весенней сыростью и холодком. Он нырнул в эту сырость, торопливо застегивая куртку до самого подбородка, и, подняв воротник, шагнул за калитку. Спустя минуту деревня осталась за спиной.
Обернувшись, Макс увидел, что огни горят в единственном доме – там, где ждали его гости. Он сглотнул и ускорил шаг. Деревня, за деревней лес, за лесом поле, за полем река… Он повторял это про себя как стишок до тех пор, пока крыши домов не скрылись за поворотом.
Он всегда был немножко тугодумом, и Тошка посмеивалась над ним за это. Но решение идти к реке Максим принял быстро: там, в зарослях неподалеку от обрыва, один из местных рыбаков всегда оставлял свою лодчонку.
«Найду где переночевать, утром вернусь – и сразу к деду. Днем, при деревенских, они не посмеют…»
На этой мысли Макс споткнулся о корень, переползающий лесную дорогу, и едва удержался на ногах, схватившись за мокрую сосновую ветку. Длинные иголки впились ему в ладонь.
«А если я ошибся?»
До сих пор он действовал, не раздумывая, но теперь гнетущее сомнение охватило его.
