Автор
Молодой человек влюблен в дочь богатого человека, но отец девушки категорически против их отношений. Когда выясняется, что она вышла замуж за другого, герой должен решить, готов ли он бороться за свою любовь или отпустить её навсегда. История о том, как чувства могут заставить нас идти...
Хватаю его за шкирку, тащу в прихожую и вышвыриваю в подъезд в носках и свитере. Возвращаюсь. Мозг сигнализирует, что вторая претендентка на вылет — женщина. С ней вроде как так нельзя. Пусть скажет спасибо моему отцу за воспитание!
Подхватив ее под локоть так же, босиком вытаскиваю на лестничную клетку.
— Эээ, а куртку, — она ломится обратно.
— Телепортом отправлю.
Сгребаю все их барахло вместе с обувью и выкидываю в окно. Мать в ужасе смотрит на меня. Беру со стола недопитую бутылку дешевой водки. Вином в нашей квартире теперь даже не пахнет. Перехватываю ее за горлышко и хреначу об стену, глядя в глаза единственному родному своему человеку. В стеклянные, блядь! Бухие глаза!
— Я за каким хреном за твоего психолога плачу?! — ору на мать.
— Так не помогает, сынок, — пьяно бормочет она. — Я… ик…
— Что ты? — скриплю зубами, уже понимая, что мои деньги ушли в пустоту.
— Не хожу… ик… больше…
— Окей, — по позвоночнику тянется лед. — Хоть бабки заберу, будет чем за квартиру заплатить.
— А нету, Маратик, — мать обнимает себя руками и еще сильнее сжимается, будто я обижал ее когда. Что, блядь, тут произошло за последний месяц?!
— Чего нету, мама? — делаю шаг к ней.
— Денег. Я забрала. Сказала, ты в больнице. Сам не можешь. Там добрая женщина. Она отдала. И больше нет денег, Маратик. Они закончились. А что ты… ик…не сказал, что это… из больницы вышел? Я бы есть… ик… Да что ж такое! — ругается на собственную икоту, — приготовила.
— Сюрприз, блядь! — разворачиваюсь и сваливаю из квартиры, пока еще чего-нибудь не разнес и не пожалел об этом.
Глава 25. Точка кипения
Глава 25. Точка кипения
Марат
Какой-то мелочи железной по карманам нагреб, на проезд хватило. Забился в самый угол маршрутки. Тепло, полумрак, народу нет почти. Хреново мне. Кажется, что все органы в клочья разодрали. Если закрыть глаза — там будет Аврора. Если не закрывать — мысли крутятся вокруг матери. Я не понимаю, как ей помочь, как вообще с этим со всем справиться. Я на таком дне, что дальше просто некуда.
— Эй, парень, приехали, — говорит мне водила.
— Ага, спасибо, — киваю ему и выхожу из маршрутки. У нее тут конечная. Кладбище.
Пожав руку сторожу, иду по протоптанной тропинке, особо не глядя по сторонам. Тишина немного давит, и стыд. Как сейчас отцу в глаза смотреть?
Как-то надо.
Подхожу и проклятый ком встает в горле. Смахиваю снег с одного камня, с другого. Провожу ладонью по фотографии сестренки. Они у нас тут рядом лежат. Семья же.
— Привет, мелкая, — грустно улыбаюсь.
