Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
Я не собираюсь тебя убивать. Это было бы слишком милосердно для тебя и твоего брата. Я сделаю так, что ты исчезнешь. Никто не будет знать, где ты, что с тобой. Я оставлю тебя здесь в храме. Ты ведь эмпат. О нет, не отрицай. Я чувствую. Из тебя выйдет отличная Тень Сумеречного. Конечно, они предпочитают брать девочек помладше, но ради такого сильного дара готовы сделать исключение.
— Я не буду служить Сумеречному, — хрипнула, уже задыхаясь.
— Будешь. Никто так не умеет ломать умы как жрецы Хаоса. Ты станешь безвольной, покорной куклой, готовой идти, куда скажут, делать, что скажут, и убивать, на кого укажут.
Девушка не сдержала стона от невыносимой боли в вывернутых руках, на которые упала.
— Ты перестанешь существовать как личность, Рисса. Такова участь Теней Сумеречного. А я вернусь в Весторию и буду рядом со своим племянником, буду помогать ему искать тебя, заодно подогревая его чувство вины и тлеющее внутри безумие.
Очень живо она представила, что будет с её братом, если эта мразь исполнит свои угрозы. Сомневаться в том, что он это сделает, не приходилось. А потом Рисса подумала об Айсаре. Каково этому мужчине будет потерять едва обретённую пару? По щекам текли злые слёзы.
Не обращая внимания на всё ещё присутствующего в комнате Рикса, девушка скользнула в трансовое состояние, ища лишь один единственный разум. Что-то отчаянно мешало ей, не пускало. Что-то сдерживало её дар, глушило его и прятало от её сознания эмоциональные и энергетические потоки окружающего. Но Риссе было нечего терять. Если она сдастся, жизни её любимых мужчин будут разрушены.
