Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
— Фрид подвёл жену к их небольшой компании.
— Ну что ж. — Шэн сотворил нужную комбинацию движений и перед ними вспыхнула арка перехода. Близнецы тотчас, под обе руки увлекая Риссу, шагнули в него. Потом прошли остальные.
Девушка в восторге оглянулась. В главном храме Аданата она ещё не была. Сейчас они стояли на ступеньках, и она увидела впереди перед собой огромные двустворчатые двери. Там её уже ждали остальные её немногочисленные гости. Супруги Сэйрано, рядом с которыми стояла лишь бледная Фей, и ещё какие-то незнакомые оборотни, видимо гости жениха.
Их взгляды встретились, и она шагнула навстречу. И пускай её сопровождали близнецы, она всем своим видом показывала, что идёт к нему сама, по своей воле, любя и полностью вверяя ему себя. И когда ступеньки закончились, застыла перед ним, продолжая смотреть в пылающие пламенем глаза.
— Отец, вот твоя невеста. Твоя Единственная Пара. Люби и заботься о ней, — провозгласил Кассиан, отдавая её руку.
— Всегда, — ответил Айсар беря её изящную ладошку.
— Рисса, вот твой суженный. Люби и заботься о нём. — Закариан вручил вторую её руку отцу.
— Всегда, — промолвила, как клятву.
Мужчина поднёс её руки к губам и поцеловал обе ладони.
— Идём, любимая, нас уже ждут в храме.
— Идём, — согласилась она, позволяя увлечь за собой.
Внутри уже действительно ждали. Жрецы провели их к алтарю и четырём статуям. И перед ликом богов они принесли друг другу супружеские клятвы. А потом обернулись к своим гостям, чтобы принять многочисленные поздравления и уже всем вместе перенестись в их дом, и отпраздновать наконец-то свершившуюся свадьбу за роскошно накрытым столом в большом праздничном зале, под музыку приглашённых лучших в Аданате музыкантов. Рисса сидела рядом со своим теперь уже мужем и, не стесняясь окружающих, прижималась к его большому телу.
