В Мастере эфира нет места традиционным романом: здесь каждая строчка — новое заклинание, а каждый герой — маг в поисках истинной силы. Великая империя на грани распада, где границы и закон — живые, меняющиеся силы. Здесь Алексей Михайлович Сурнин (Левша) изучает древние заклинания и открывает в себе потенциал мага, способного менять судьбы цивилизации....
Слишком большие деньги выскочили из оборота. Это очень серьёзный удар по нашим делам.
Рухол, королевство Тагурс, Арисол
Местом для старта гонок было выбрано обширное поле на окраине столицы. Там когда-то во времена восьмой цивилизации находилась стоянка дирижаблей и Воздухопорт, но за последующие четыре цикла концепция дирижаблей не достигла такого прогресса как в восьмую.
Но поле не забросили. Площадку размером три на полтора километра, использовали как стоянку для самолётов, взлётное поле, и место для гонок.
Сто шестьдесят автомобилей, от лёгких двухместных экипажей уместных лишь в поездке в магазин и обратно, до больших грузовиков, оборудованных словно дом на колёсах. А ещё у каждого экипажа была своя группа поддержки в виде пары грузовиков или больше, механики, охранники, публика на трибунах, сотни журналистов со всей планеты, а в воздухе десятки летательных аппаратов чтобы во всех подробностях запечатлеть событие века.
И всё это огромное стадо, шумело, кричало, жрало, и газовало в воздух выхлопными трубами, от чего над полем стоял нескончаемый гул, вонь, и сизый дым, изредка освещаемый бликами фотографических вспышек.
Все вопросы гонок решала судейская коллегия из двадцати судей по два от каждой страны, где должны пройти гонки, и её председатель, герцог Алкаро Гетис, который всю свою жизнь посвятил разным соревнованиям.
Машины стояли в квадратах, которые были им определены жеребьёвкой.
– Айра, нам главное сейчас вообще держаться в хвосте. Как минимум пару-тройку этапов. В голове гонки будет настоящая драка, но это торопливые дурачки. Те, кто сойдёт с этапа очень быстро. Настоящие сражения начнутся сильно позже.
После драки с бандитами в гараже, Айра смотрела на Алексея как на бога, и ему приходилось время от времени объяснять девчонке, что никакого будущего у них быть не может.
