Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
Даже не мечтала о таком: о семье, о детях от него.
Сначала не успела, а потом уже нельзя было.
— Кого ты хочешь? Мальчика или девочку? — продолжал Сережа.
— Ты больше не уйдешь? — в ответ спросила.
— Нет. Видишь, как много мы не успели. А ты куда-то собралась… Так мальчика или девочку?
Сглотнув ком в горле, зажмурилась, пытаясь сдержать слезы.
Господи, как страшно заглядывать в свои мечты, которые даже от себя прятала, не то, что от Мажарина…
— Мальчика, наверное… А ты бы говорил: «Маринка, ты мне из пацана бабу не делай», да?
Потому что я бы его нежила и баловала… Говорил бы, да?
— Говорил бы.
будешь сильно баловать.
Марина заплакала и вздрогнула, но не от слез: все-таки случайно порезалась. С самого начала нож неловко взяла, указательным пальцем соскользнув на лезвие. Забывшись, сжала его, вот и царапнула кожу.
Отбросив нож, сделала шаг к Мажарину, но снова отступила. Просветлевшим взглядом посмотрела ему в лицо и выдохнула:
— А ты все знаешь…
— Знаю.
Стэльмах хотела бы отшутиться, что сегодня у нее болит голова и вообще она не очень сексуальна после неудачной попытки вскрыть вены, но понимала, что сейчас разговор совсем не о сексе.
— Разденься, — подтвердил ее мысли, — я хочу на тебя посмотреть.
— Тебе не понравится. Там ничего красивого, — сжала пораненную руку в кулак и спрятала за спину.
— Конечно. Мне никогда не нравилось, когда кто-то обижал мою Маришу.
— Твоей Мариши больше нет.
— Нет. Им это не под силу.
Облизнув губы, она чуть скривилась: то ли от соленых слез, то ли от своих мыслей.
Но осталась на месте.
— Иди ко мне, девочка моя любимая, иди. — И сам стоял, не шелохнувшись, будто
Боясь лишним движением напугать ее.
— Я не могу, — качнула головой.
— Я помогу тебе. Иди ко мне, Мариша моя. Так бывает, я знаю, когда кажется, что все кончилось и ничего уже не будет. И сил уже нет… Я все это знаю. Надо сделать последний рывок, один шаг… а потом будет хорошо, Мариша…
Глава 17
— Иди ко мне, — полушепотом снова позвал Сергей.
Но Марина стояла, не двигаясь. Как будто и не собиралась подходить, все еще храня в глазах неверие.
Может, ошибался, но ему казалось: она должна подойти к нему сама. Найти силы для первого шага. Собраться и сделать рывок, переступив через боль и страх, сомнения и недоверие.
— Жить надоело? Устала? Ради себя устала, а ради меня? Ради меня, Мариша. Ты мне очень нужна.
