Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
И на прикрытых веках ничего, кроме этих десяти дней…
Мариша, завтрак… Мариша, прогулка… попали под дождь… его улыбка… обнимает… прижимается к губам… запах секса… его крепкие горячие руки… жаркая постель… пьяный, ненасытный… прохладное утро… недовольный усталый… отголоски музыки из его наушников… сосредоточенный и напряженный… смеется… запутались в одеяле… горелые блины…
Воспоминания, навсегда отпечатывались в сознании и на теле свинцовыми вмятинами.
Каждая минута, каждая секунда…
Прости, Сереженька, прости… Я так виновата… Это я во всем виновата…
Прости… Я так люблю тебя, прости…
***— Сам, значит, пришел, — вместо приветствия сказал братец Марины, не удивляясь.
У Мажарина, впрочем, было такое же чувство: будто знаком с этим ублюдком. В том, что этот лысый мажор ублюдок последний, и не сомневался. У него это на роже написано.
— А ты что меня искать собирался? — резко спросил.
— Не я, — кривовато улыбнулся Егор.
— Где Марина?
— Ее здесь нет.
— Где она?
— Ушла.
— Пиздишь ты мне, по-моему.
Хотя разве она вещь, чтобы ее «отдавать» или «не отдавать»?"
"Не уйдет он из этого блядского дома без нее, с места не сдвинется. Почти двое суток не ел, не спал, всех, кого мог, на уши поставил, только чтобы Маринку отыскать. Собрал по крупицам все, что она о себе выдавала, наконец, нашел, где живет. Через братика и вышел, через его конторки. У них даже фамилии разные, она Стэльмах по матери.
Егор бросил короткий и непонятный взгляд на второй этаж. Этот взгляд Мажарин уловил и посмотрел туда же, ненадолго задержавшись. Что-то промелькнуло в его глазах, что Сергея внутренне зацепило, но не смог понять, что это было такое. Знал бы мудака хоть немного дольше, прочитал.
А так, чувствовал только, что внутренне тот метался.
Вот только хрена ли он метался?
— Ее здесь нет, — уверенно сказал мажор. — Можешь по комнатам пробежаться проверить.
Разрешаю.
Не врал он. Не было Маринки дома, в больнице она. В реанимации, забитая почти до смерти и с переломом позвоночника. То ли Веня ее с лестницы сбросил, то ли сама в агонии вниз кинулась. Сказали, что перелом компрессионный, грудного отдела. Даже на ноги встанет, если постарается. Но пока еще в себя не пришла.
