Автор
На лунном свете городка весна кипит восторгами: на реке изгибаются колыбельные воды, а над ней — цветущие сады, где воздух наполнен запахом полевых тюльпанов и яблоневого мёда. Девушки прячутся за лианами, уютно погружаясь в тенистые тени. Вот только к вечеру, когда сумерки пропитываются ароматом засыпающих лугов и первыми росами на глади реки — городок наполняется задушевными беседками и неспешными прогулками под мажорный аккомпанием летних сумерек....
Девушка с сожалением подумала, что приедь они часом-двумя раньше — и все могло сложиться совершенно по-другому. Ей было жаль Маркела, который так рвался сюда, чтобы наконец-то увидеться с возлюбленной, и в результате получил от нее удар в спину.
— Ладно, идем. Больше мне тут делать нечего, — сухо сказал Маркел и начал спускаться по узкой тропинке со скалы.
Вернувшись в номер отеля, расположенного недалеко от клиники, парень старался ничем не выказывать тех чувств, что ураганом бушевали у него внутри. В одно мгновение все, чем он дорожил, и что придавало смысл его жизни, разрушилось.
— Я иду в бар, — не поворачиваясь к Маше лицом, процедил он.
— Я с тобой. Можно?
— Как хочешь.
Маркел вышел из номера. Маше не хотелось никуда идти — она чувствовала себя не в своей тарелке. Ей была глубоко отвратительна сцена в море, и, зная характер Маркела, она была уверена — между ним и Яной все кончено. Было больно видеть, как парень мучается из-за предательства девушки. Она по себе знала — в таких случаях лучше дать человеку пережить свое горе в одиночестве. Маркел сильный — справится. Но они были в чужой стране, она просто побоялась отпускать его в бар в таком состоянии.
"Он сидел за столиком в конце небольшого зала. Перед ним стояла уже початая бутылка виски и два широких стакана со льдом. Маша устроилась напротив него.
— А я уж было решил — придется сидеть в одиночестве, — криво ухмыльнулся Маркел, взял бутылку и занес над стаканом:
— Налить?
— Немного.
Маркел разлил виски по рюмкам и молча выпил. После чего сразу же налил себе еще.
— Как ты? — наконец решила спросить девушка после затянувшегося молчания.
— Хреново, Маша, — тихим голосом ответил Маркел. — Кажется, это первый случай, когда меня кто-то предает. Противное ощущение.
— О, да. Знакомая ситуация. Держись.
