В эпоху ужесточенных мер против терроризма в России, где поправки к законодательству предоставили президенту новые полномочия для борьбы с международным экстремизмом, мир кажется под наблюдением. Но в поднебесной Москва идет по другому пути: скромные электрички "Тиходонск – Москва" переродились в символы гражданской войны, где каждая маршрутная линия имеет свой сценарий борьбы за выживание....
В конце концов, занимая место в этой машине, каждый из них переступает какую-то границу, за которой не остается условностей.
– Шаура. Работаешь в первой группе вторым номером, в паре с Мальцевым. Старший – Анисимов.
Это голос Карпенко, он, как всегда, сидит впереди, рядом с водителем.
– Высадка на объект в девять ноль-ноль, с воздуха. Условия тяжелые. Штормовой ветер, волнение семь баллов. Установка на противника: максимум до плешки, исключения не предусмотрены…
Ну вот, уже что-то проясняется. «Максимум до плешки» – это значит, что любое живое существо на объекте подлежит немедленному уничтожению.
– …Вторые номера отвечают за огневое прикрытие первых и руководителей групп. Время на операцию – двадцать минут. В общем и целом это всё. С подробностями старшие ознакомят каждого бойца в индивидуальном порядке.
Костя открыл термос, налил половину колпачка, обжигаясь, выпил.
– Полковник спецназа с холодным лицом… – тихо замурлыкал он. Никто не обрывал, не говорил, чтобы он заткнулся, что он всем надоел… Это будет на обратном пути. Если, конечно, все останутся живы…
Шаура снова наполнил колпачок. Краем глаза успел заметить, что машина свернула на Кутузовский проспект. Дальше будет Можайское шоссе, и, скорее всего, грузиться они будут на военном аэродроме под Жаворонками.
