Корабль отплыл с пристани, паруса дрожат под свежим ветром, и вечернее золото покрывает его древностью. Вдоль берега звучат последние команды матросов и смех детей-бродяг, но скоро там будет лишь гул воды и чайки за кормой. Олег задумчиво смотрит на расплывшуюся из-за волн воду моря......
"
"– Сам боюсь, – откликнулся Олег. Его кусты пропускают, словно расступаются, колючки немного, но отклоняются, давая пройти и не оцарапать плечи.
– Да вижу, как ты боишься, – проговорил Савмак и оттолкнул от себя ветку, та срикошетила ему обратно в лицо. Выругавшись, Савмак выплюнул сухой лист и снова полез через заросли. – Идешь, как бык. Даже кустов не ломаешь. Ни царапинки на тебе, а я уже весь поколотый. Заколдованный ты, что ли?
– Такой большой, – отозвался Олег, продолжая вглядываться в темные дебри леса, – а веришь в колдовство.
– Как тут не поверить, когда своими глазами вижу, – бросил Савмак. – Да и говорил я тебе, непростой лес это. Опасный.
– Везде опасно, если умом не пользоваться.
– Да? А вон падре в тутошней богомольне говорит, что в святой книге все написано. И как жить, и как думать. Точнее, думать и беспокоиться ни о чем не надо, потому как церковь уже про все побеспокоилась. Надо только делать, как она говорит.
Брови Олега приподнялись, он удивился, оглянувшись на Савмака.
– Что, до сих пор?
Тот пожал плечами.
– Ну а как по-другому?
Олег тяжело вздохнул и пробормотал:
– Ясно. Откуда ж тут уму взяться.
Савмак его то ли не услышал, то ли услышал, но не понял. Продолжил размышлять вслух, проламываясь сквозь ветки с колючками:
– Я как бы тутошнего бога не очень знаю. Но падре давал проповедь, говорил, мол, бог един. И нашенский, и тутошний. Даже, говорит, любой заморский – тоже единый. А мне что? Нам, на Буян-остров, его бога тоже привезли. Так мы и поставили его идола рядом с нашими.
Олег нахмурился. Савмак парень хороший, отзывчивый и с открытым сердцем, хоть и простоват. Но такие как он – и есть основное человечество. И ему надо чтоб было понятно, легко и просто. Да Олег сам бы с удовольствием хотел, чтоб понятно и просто. Только он уже много лет бьется над этим, а все никак.
– Все хотят, чтобы за них думали и принимали решения, – заключил он.
– Ну нет, – запротестовал ратник. – Что я, баба, что ль, какая, чтоб за меня думали? Не, я сам горазд. И думать и выбирать. Потому и с тобой пошел, что сам решил. Ясно?
Олег кивнул.
– Ясно. Чего ж тут неясного.
– Вот то-то же, – победно отозвался Савмак, но наступил на маслянистую шляпку гриба и поскользнулся, руки всплеснули, а ноги взлетели в воздух, и разносчик с хрустом рухнул в кусты.
– Сам принял решение и гордо свалился в кусты, – похвалил Олег.
