В Мечниковом томе 11, мир замедляется вокруг вас, а скрытые в толпе монстры становятся открытыми и опасными. Течение времени замедляется, окуная читателя в напряженную атмосферу тревоги и предательства, где каждое движение может быть последним.
Пришлось приложить усилия, чтобы закрыть книгу и больше к ней не прикасаться.
Ага… А с ней всё не так уж и просто. Теперь понятно, как Семён лишился рассудка. А если учесть, какой объём магии содержится в этих страницах, нетрудно догадаться, почему, лишившись рассудка, мужчина начал видеть богов.
Возможно, кто-то из них приложил руку к этому труду. Кто знает? Может, сам Демокрит был когда-то избранником, как и я?
— Тимофей Андреевич, — обратился к Филатову я. — Могу ли я забрать эту книгу с собой? Не стану скрывать, она очень опасна.
— А вы думаете, я стану отказывать человеку, от которого зависит, поем я завтра или нет? — грустно усмехнулся Филатов. — Конечно, Алексей Александрович. Забирайте. Семёну эта книга вряд ли теперь пригодится.
А вот и не факт. Филатов подразумевает, что Семён останется психом до конца своих дней. Но я уверен, что процесс можно запустить и в обратную сторону. Эта книга наверняка содержит массу полезной информации.
Я завернул книгу Демокрита в тряпку, поскольку подозревал, что даже контакт обложки с телом может быть опасен, а затем вернулся в карету — к Константину.
— Ох и долго вы, Алексей Александрович, — вздохнул он. — Я уже начал переживать. Как вернёмся в город — будет уже три часа дня. Не заподозрит ли наш главный лекарь, что мы решили играть по своим правилам?"
"— Не волнуйся, я там такой список липовых адресов накатал, что у Антона Степановича и мысли не возникнет, что мы его обманываем.
За час мы добрались до Саратова, я отдал Косте деньги, которые якобы заплатили нам пациенты, после чего направился на завод.
Там я объяснил ситуацию Синицыну, Сеченову и Березину, и мы сразу же приступили к организации поставок для лечебницы. Лично мне ничего делать не пришлось.
Пока мои друзья занимались организационными моментами, я быстро пролистал документацию, убедился, что бюджет позволяет нам приступить к производству новых лекарств, а затем вернулся к найденной мной книге.
На вечер я запланировал очень большой проект.
