Не могу согласиться с этой клятвой, которая готова поднять даже кровавые и нечестные решения. Мир в опасности, когда каждый посчитает нужным убить другого из страха перед проклятием или из личных мотивов. Внезапно я вижу новые пути, чтобы вывести себя и друзей из этого смертельного круга....
— Выбора у меня нет. Иначе он так и продолжит бесчинствовать в Хопёрске. Я собираюсь переговорить с князем, который правит Саратовской губернией. Но, боюсь, что и он меня слушать не станет. А больше у меня союзников нет. Мансуровы отвернулись от меня из-за вашей дуэли с Владимиром Аркадьевичем… — барон осёкся. — Кстати, а вам это семейство больше не докучало?
— Нет, — помотал головой я. — С тех пор как Владимир уехал из Хопёрска, я о Мансуровых больше ничего не слышал.
— Это странно… — задумчиво пригладив бороду, произнёс Елин.
Точно, помню, Андрей Бахмутов предупреждал меня, что Мансуровы почти гарантированно попытаются меня убить после оскорбления, которое я нанёс Владимиру. Действительно странно, что они до сих пор себя никак не проявили. А я о них уже и думать забыл…
— Не уходите от темы, Иннокентий Сергеевич, — попросил я. — Плевать на Мансуровых. Прошу, отдайте мне свой медальон. Я должен его уничтожить.
— Не могу, — помотал головой он, прижав артефакт к груди. — Не отнимайте у меня надежду, Алексей Александрович.
— Неужели вы не понимаете? Некротика извратила ваше сознание. Это она говорит вашими устами. Пока не поздно, избавьтесь от медальона. Отдайте его мне.
Магия клятвы лекаря всё интенсивнее воспламеняет мою грудь. Если я сейчас же не уничтожу медальон, есть риск, что она воспримет моё промедление, как предательство, нарушение данного обета.
Трясущимися руками Елин потянулся к медальону и стянул его со своей шеи.
— Мечников, вы должны пообещать мне… — прошептал он. — Если я отдам вам медальон, вы должны встать на мою сторону.
— Я не поддерживаю Леонида Рокотова, если вы об этом, — ответил я.
— Нет… Знаю, что не поддерживаете. Я помню, что вы сказали тогда — у ворот моего особняка. Вы сказали, что не поддерживаете никого — ни меня, ни Рокотова. Я хочу, чтобы вы изменили своё мнение. Возьмите медальон, но поклянитесь, что придёте ко мне на помощь по первому моему зову.
— Лекарь против магии молний? — усмехнулся я. — Вы в своём уме?
— Иначе я не отдам вам медальон. Справа и слева от кучера сидят мои охранники, — произнёс он. — Попытаетесь отобрать его силой, и они нападут.
— Я не боюсь ваших охранников, Иннокентий Сергеевич, — ответил я. — И вас не боюсь, так же как и Рокотова.
