В душных стенах секретного лабораторного здания Илья Синицын и его команды борются с неуловимым врагом, а Щеблетов продолжает оправдываться перед Сеченовым. Внутри чувствуется напряжение и страх, когда каждый шаг может быть решающим для всех.
Дмитрий и Илья удивлённо взглянули на меня.
— Что ты сказал? — прошептал Дмитрий.
— Сказал, что ваш отец чуть не погиб из-за перегрузки магических каналов. Однако я его спас, — ответил я. — И если вы сейчас же не прикажете своим солдатам убрать оружие, есть риск, что они убьют человека, который спас жизнь правителю Аткарска. Вас такой расклад устраивает?
— Делай, как он велит, если, конечно, не хочешь стать новым бароном уже сегодня! — крикнул Илья своему брату.
— Опустите оружие! — прокричал Дмитрий. — Не трогайте Мечникова.
— Я тоже пойду, — кивнул Илья.
— Нет! — отказался Дмитрий. — Ты останешься здесь, иначе…"
"— Два лекаря лучше, чем один, — сказал я. — Позволь ему пройти. Мы сможем помочь вашему отцу. Я уже сделал большую часть дела. Осталось только проконтролировать его состояние.
Дмитрий смотрел мне в глаза, не моргая. Похоже, отец обучил его, как распознавать ложь. Обеспокоившись здоровьем родителя, он впервые попытался оценить, вру я ему или нет.
Однако меньше, чем через минуту, он ответил:
— Идём, быстро! Илья — за мной!
— Нечего мной командовать.
Мы втроём живо поднялись на второй этаж и… обнаружили, что Андрей Константинович как ни в чём ни бывало сидит за своим столом. Хотя ещё пару минут назад он лежал на полу.
Решил притвориться, будто с ним ничего не случилось. Боится показывать свою слабость. Однако разбросанные по столу бумаги намекают, что только что всё это лежало на полу.
Сильный мужчина. Очень сильный. Большинство людей на его месте продолжили бы спать и даже не попытались бы подняться. Однако глава рода Синицыных был совсем другим человеком.
— О… Илья? — устало произнёс он. — Вернулся всё-таки… Хочешь… Хочешь вступить в ряды полевых лекарей, как я и хотел?
Он бредит. Вернее, из-за ослабшего тела выдаёт мысли, которые хотел скрыть.
Я взглянул на Илью. Тот, увидев, в каком состоянии находится его отец, не мог даже слова промолвить. Его тело оцепенело.
— Нет, отец, прости, — трясущимися губами сказал он. — Я приехал проведать тебя с другом. И сделать одно предложение…
— Ясно, — коротко ответил Андрей Константинович. — Значит, ты всё же решил следовать своему собственному пути… Наверное, это к лучшему. Для того, чтобы не изменять своим принципам, порой нужно мужество похлеще, чем желание воевать за свою Родину.
Илья и Дмитрий удивлённо посмотрели на отца.
