В душных стенах секретного лабораторного здания Илья Синицын и его команды борются с неуловимым врагом, а Щеблетов продолжает оправдываться перед Сеченовым. Внутри чувствуется напряжение и страх, когда каждый шаг может быть решающим для всех.
Никто из них не ожидал, что Андрей Константинович скажет нечто подобное.
— С возвращением, сын. Только не думай, что моё гостеприимство продлится долго, — тихо усмехнулся барон. — Выкладывайте всё, что хотели сказать. А потом — уезжайте. Ты сам избрал такой путь, Илья. Так что не думай кого-либо теперь в этом винить.
— А я и не виню! — воскликнул он. — Меня всё устраивает, отец. Я живу так, как я и хотел. У меня есть верные друзья, соратники, коллеги. Я сам пробьюсь к успеху, можешь во мне не сомневаться.
Барон молча кивнул.
— Это всё из-за тебя, Илья, — прошептал Дмитрий. — Он весь день показывал нашим бойцам траектории полёта снарядов. Истратил почти всю ману. А потом приехал ты и он… решил тебя проучить. В итоге перегрузил свои каналы. Это — твоя вина.
— Думай, как хочешь, — огрызнулся Илья.
— Не ссорьтесь, — помахал дрожащей рукой Андрей Константинович. — Когда меня не станет, вы останетесь вдвоём. Барон и лекарь. Два брата, которым придётся друг друга поддерживать. Не надо повторять моих ошибок, Дмитрий.
Старший брат Ильи тут же поклонился и произнёс:
— Да, отец. Я тебя понял.
Я осознал, что сейчас, возможно, лучший момент, чтобы переговорить с бароном. Я подошёл к нему и ещё раз поделился с ним своей маной, улучшив мозговое кровообращение и сняв боль, которая заполнила его грудную клетку.
Глава рода Синицыных заметно оживился. Теперь ему не придётся прилагать дополнительные усилия, чтобы казаться крепким и стойким воякой.
Я вновь присел напротив него и произнёс:
— Андрей Константинович, вам ведь не раз приходилось видеть раненых.
— Посмотри на мою левую руку, парень, — прохрипел он. — Как тебе? Видишь этот пустой рукав? Я получил такое ранение, что она сгнила заживо. При этом рядом со мной было целых два полевых лекаря. И никто не смог мне помочь.
— Именно поэтому я здесь. У меня есть лекарство, которое может излечить любую инфекцию. Точнее… Обезопасить любую загрязнённую рану, из которой сочится гной.
Глава рода Синицыных резко оживился. Он поднял на меня взгляд и произнёс:
— А вот с этого момента прошу поподробнее. Возможно, я и смогу тебе помочь, Мечников.
Я потратил полчаса, чтобы описать барону всю суть своей проблемы.
