Сначала намечаются точки вспухания, потом протекать начнёт, там, глядишь, и струя забила…
– Так и хорошо! Отлично! Все говно и вытечет, и никакие заслонки разом нужны не будут!
– В этом и весь смысл, Антон. В этом и весь смысл. Ванны могут существовать только наполненные говном. Так предписано Создателем. Вероятно, когда-то жидкость, перетекающая из одной ванны в другую, имела другую консистенцию, но по прошествии столетий она превратилась в говно. Точнее, обитатели ванн превратили её в говно. А жить вне этой субстанции вы не можете.
А вы говорите, «вытечет»…
– Странно. Опять несоответствие. У вас получается, что миром движет говно. А в нашем понимании миром движет нефть.
– Ну, разница и невелика. Что нефть, что говно – продукты, так сказать, переработки. Притом нефть – всего лишь то, что вы называете нефтью. И в этом для вас нет противоречий…
– Между тем разница между ними колоссальна, вы не согласны?"
"– Я склонен полагать, что это тождественные определения. Вы посмотрите на, так сказать, точки вспухания.
Они как раз таки соответствуют центрам нефтедобычи. И политтехнологии особо развиты, как раз в местах, где из земли бьёт нефть. Политтехнологи туда стаями слетаются. Понимаете, о чём я?
– Как мухи на говно…
– Вот, вот. А вы говорите, несоответствие. Фольклор, он просто так не рождается, Антон. Только ни нефть, ни говно идеологией быть не могут. Идеологией может быть только слово… А настоящие слова могут говорить только настоящие герои. Желательно мёртвые.
– Да… А что же дальше?
– Дальше? Знаете, у ванны слив ещё имеется?
– Ну да, его обычно пробкой закрывают.
– Именно. Вот вам и ответ на вопрос про «дальше». Придёт Создатель и разом вытянет пробки в обеих ваннах. И начнётся новая история. В практическом плане, я полагаю, наступит то, что люди именуют концом света. Но только это ещё нужно заслужить, чтобы он пришёл, а то так и будете в говне плавать…
– Странно, а люди, они что, не понимают, что они уже давно плавают в говне?
– Для того, чтобы люди не понимали, где они плавают на самом деле, есть сантехники, о которых мы говорили вначале.
Наш разговор пришёл туда, откуда начинался, Антон…
– И всё-таки они сообщаются…
– Вы прямо как Галилео Галилей. Сначала признали, потом отреклись, потом снова признали. Почему люди такие непостоянные?
– А нельзя ли точно узнать, когда вытянут пробки? И что будет потом с сантехниками?
– Идите спать, Антон… Одно могу сказать – если ванной не пользуются, то и сантехник не нужен.
