Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
И потом, с такой потерей крови этот мужчина сам должен был слечь от бессилия.
Но он щедро делился со мной, и пока я так и не мог понять, по какой такой задумке.
— Все, парни! Пора уходить.
Еще один голос всплыл словно из ниоткуда, а я в этот момент понимал, что теряю хватку, раз перестал ощущать приближение к себе людей. Слишком расслабился, получая новую силу.
— Кил, ты что творишь?
— Пытаюсь его спасти, черт подери! Или издалека не видно?
— Ты только искусственное дыхание ему не делай, а то вдруг еще понравится! — хохотнул третий голос, на что мой отчаянный спаситель только рыкнул что-то себе под нос, но поток крови прекратился.
Я знал, что такое обильное кровотечение так просто не остановить, и все еще чуял запах крови, но в меня она уже не попадала. А жаль.
— Что там?
— Они идут по следам.
— Слишком много? Не отобьемся? — кажется, это говорил тот самый Дилан, который безуспешно пытался остановить своего товарища от необдуманного поступка, что теперь возвращал в мое тело жизнь и способность двигаться.
Но им об этом знать не следовало.
— Приказа вступать в конфликт не было. Поэтому уходим.
— А медведя куда?
— Заберем с собой.
Нет, такой расклад мне определенно не нравился.
Я не подавал признаков жизни и сознания, даже когда меня на удивление ловко подхватили чьи-то руки с земли, в буквальном смысле почти закинув на плечо, чтобы двинуться уверенно вперед."
"Очевидно, я нехило похудел за это время, если хилые людишки таскали меня с такой легкостью.
Нужно было выждать момент, чтобы сбежать и от этих.
Выходит, меня вытащила из лаборатории сама же охрана этой лаборатории, чтобы использовать затем в каких-то своих целях?
Сумасшедшие ребята!
Явно отчаянные, если пошли на такой шаг.
Вот только я не горел желанием снова быть марионеткой в чьих-то руках, для чего бы я им ни понадобился.
— Они вывели псов. Нужно отвлечь их.
Еще один голос. Строгий, четкий, холодный.
Так могут говорить те, кто привык отдавать приказы и держать все под контролем.
— Я займусь этим.
Минус один. Кажется, тот, кого называли Диланом.
Меня снова опустили на землю, пока голоса переговаривались и решали, как поступать дальше.
— Мажьтесь все. И медведя тоже намажьте.
Запахло резким ароматом хвои, земли и чего-то еще слегка раздражающего.
Будь я собакой, явно не стал бы принюхиваться к такому набору.
