Я лежу в пыли в окружении незнакомых людей, медленно умирая. Безрадостное зрелище, не правда ли? Вижу, как ко мне идёт окровавленный носитель ирокеза и дурных привычек стрелять в чужих питомцев. Последнюю каплю силы трачу на засов клетки. Не знаю, удастся ли зверёнышу унести ноги, но попробовать стоит.
Воздуха не хватает, сознание начинает плыть.
На периферии снова слышу крик мужика, затем хватка на моей шее ослабевает. Душительница визжит прямо в ухо, видимо, решила использовать новый вид атаки. И где их такому учат?
Визг прерывается, стаёт клокочущим, будто она полощет горло. Лежу на земле, восстанавливая дыхание, вокруг тишина. Даже удивительно, что никто не кричит и не болеет. Что же произошло?
Переворачиваюсь, с трудом вставая на четвереньки. Когда поднимаю голову, натыкаюсь на пару глаз-льдинок. Напротив меня стоит зверёныш, настолько близко, что я чувствую его горячее дыхание. Морда в крови, глаза смотрят внимательно, отслеживая каждое моё движение.
Перевожу взгляд, недалеко дергается в конвульсиях тело душительницы. Её горло порвано, а глаза выпучены, как у рыбы, которую выкинули на берег.
Не надо оборачиваться, чтобы понять судьбу придурка с ирокезом.
С кряхтением пытаюсь встать. Центуриончикподходит ближе, приваливаясь боком к ноге, это придаёт мне устойчивости. Держась за холку зверя, встаю на ноги. Притихшие зеваки расступаются, провожая меня взглядами. Пока проходим сквозь толпу, кот рычит, шлёпая себя хвостом, разгоняет с дороги самых непонятливых.
Навстречу бросается Лара, но я жестом показываю ей не приближается. Киваю на зверёныша, надеюсь, такая отговорка сработает. На самом деле банально собираю энергию, вдруг появится ещё кто-то. До последнего жду подвоха, удара в спину, криков, но ничего не происходит.
Падаю на кровать в комнате. Кот ходит вокруг, рассматривая всё и обнюхивая. Трогает лапой керосиновый фонарь на тумбочке. Смешно фыркает, когда в нос бьёт запах топлива.
Я решаю прикрыть глаза на минуту-другую, чтобы расслабиться. Незаметно проваливаюсь в чуткий сон, тело включило энергосберегающий режим.
Проснулся ближе к обеду. Солнце стояло в зените, прогревая воздух за окном. Почувствовал тяжесть в ногах, как оказалось, это был центуриончик, устроивший себе там кровать. Он лишь лениво открыл один глаз, посмотрел на меня, а затем снова задремал.
Одеяло покрылось пятнами крови. В комнате стоял умывальник, старая конструкция, но я быстро разобрался, принявшись смывать корку засохшей крови с лица.