Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Стало понятно, почему она возненавидела меня, и почему с нашей первой встречи смотрела свысока, открыто бросая вызов.
Я знал о ее семейных обстоятельствах, но не знал, что к ним причастен мой отец.
Теперь я понял ее, и на месте Фрэйз поступил бы гораздо хуже.
Вот только…
Возникшие между нами чувства накалялись все сильнее. Они будоражили кровь, мешали здраво мыслить, заставляли быть безрассудными, опрометчивыми, неосторожными.
Между нами ничего не должно было быть кроме секса, но в итоге все зашло слишком далеко.
Я остановился на лестнице, почувствовав резкую слабость, и грузно оперся рукой о стену, опустив голову.
Как паршиво…
Пальцы нервно впивались в шершавый камень стены, пока я пытался понять, кому принадлежат эти сокрушительные эмоции, мне или Фрэйз?!
Я уже ничего не понимал…
Чтобы я ни говорил и как бы ни отрицал, я уже проиграл себе и этой рыжей стерве, завладевшей моим сердцем.
Черт! Черт! Черт!
Я ударил кулаком о стену, не в силах совладать с эмоциями.
Наверное, я спятил.
— Пусть так… — прошептал вслух, выпрямляясь.
Габриэль Мейз получит ответ. Этот ублюдок не сможет использовать мою мерзавку в своих целях.
Фрэйз моя!
Мана приятно заколола на пальцах и, быстро спустившись с лестницы, я покинул женское общежитие.
Дождь усилился.
Прохладные капли падали на лицо, остужая кожу. Воздух был заряжен, позволяя ощущать чистую энергию, сотрясающую небеса вспышками молний.
Погода была на моей стороне.
Быстро преодолев расстояние до главного корпуса, я поднялся на второй этаж и, решительно распахнув тяжелую дверь, вошел внутрь кабинета Габриэля Мейза.
— Отец не учил тебя манерам? — невозмутимо спросил он, не отрывая взгляда от бумаг.
— Что ты пообещал Фрэйз? — произнес я, переходя сразу к делу, и Мейз заинтересованно отложил перо и удобно откинулся на спинку стула.
— Интересно… — ухмыльнулся он, и у меня зачесались руки, желая стереть надменную ухмылку с его лица. — Значит, это ты.
Его взгляд скользнул к золотой цепочке в моей руке, и я чуть крепче сжал рубин, чувствуя, как мана в нем желает вырваться наружу, реагируя на мои эмоции.
— Никогда бы не подумал… — протянул он, иронично улыбнувшись. — Но, пожалуй, так будет даже проще.
Придется разочаровать.
— Так, что ты пообещал Фрэйз? Какие несметные богатства? — настойчиво продолжил я, медленно приближаясь.
— Хочешь предложить ей больше?
Проницательный ублюдок…
— Тебя это не касается, — как-то слишком резко ответил я, смутившись.
