Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Что происходит? Почему я не могу развеять заклинание?!
— Отпусти…
— Это тебя не касается, Элана! — сердито воскликнула мать, сделав шаг и натянув путы в руках.
— Вы оба… — изумленно проговорила, вдруг все осознав. — Вы сговорились с Эмануэлем!"
"Я дернула плечами, и пламя обожгло спину сквозь одежду, наверняка оставив ожог. Болезненный стон вырвался из моего горла, и я повалилась на каменный пол.
— Не сопротивляйся. Я не хочу причинять тебе боль!
— Но ты уже причиняешь… — хрипло прошептала, пытаясь выровнять дыхание.
Я чувствовала эмоции Лоренса, что утекали от меня подобно воде сквозь пальцы: его боль, страх, сожаление, отчаянье. Он был ранен или того хуже…
Мне нужно к нему!
— Нет, — твердо ответила мать, и путы пламени коснулись моей шеи и груди, заставляя зашипеть от боли. — Пусть эти чертовы Блэквуды поубивают друг друга. Ты останешься здесь, пока они не закончат, а после выйдешь замуж за Мейза.
— Ты не можешь так поступить со мной… — простонала, ощущая, как слезы наворачиваются на глаза.
Время было на исходе…
Я знала, чувствовала это. И потому не могла сдаться.
— Отпусти… — повторяла словно мантру, продолжая сопротивляться. — Отпусти!
Я кричала, извивалась на каменном полу, отчаянно пыталась вырваться из пут, пока они обжигали мое тело, причиняя боль.
Мать смотрела на меня со стороны, и впервые на глазах Адалинды Фрэйз я увидела слезы, она оказалась не равнодушна к страданиям своей дочери.
— Отпусти меня… — вновь сипло прошептала я, чувствуя безмерное отчаяние, что опустошало меня изнутри.
— Элана… — судорожно произнесла мать, глядя на меня растерянным взглядом.
— Я люблю его, мам… — прошептала на выдохе, глядя сквозь слезы в ее лицо. — Если он умрет, умру и я… Я чувствую это.
Кровь текла по моей обожжённой коже, прилипая к рубашке. Я не знала, как мне растопить жесткое сердце этой женщины.
Внезапно путы развеялись, и я глубоко вдохнула, прогибаясь в спине.
— Я… не думала… — запинаясь, шептала она. — Не знала, что вы настолько связаны…
— Ты бы все равно не поняла, — хрипло ответила я и осторожно поднялась, пытаясь удержаться на ногах.
И с этими словами направилась вперед, не обращая внимания на боль от ожогов. Все, чего я хотела сейчас, это добраться до чертового кабинета ректора.
Я шла так быстро, как только могла, опираясь рукой о стену. И когда оказалась у заветной двери, порывисто распахнула ее и не смогла сдержать крик.
