Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
— Это было ошибкой, — с ненавистью прошептала я, ощутив внизу живота томительный импульс, что вспыхнул при одном лишь воспоминании о вчерашней ночи.
— Нет… — четко ответил он, подавшись чуть вперед. — Это было моим решением.
Я чуть вскинула подбородок, ощущая, как у меня начинают дрожать руки.
Как же я ненавидела его…
Как же хотела вычеркнуть из своей жизни и забыть.
Но не могла.
Лоренс испытывающим взглядом смотрел на меня, и с каждым мгновением в его глазах все больше отражался победный блеск, а чувственные губы постепенно растягивались в едва заметной самодовольной улыбке.
"Он грациозно выпрямился, а после неторопливо обошел стол и вальяжно уселся рядом, расслабленно откидываясь на спинку стула.
Что он делает?
— Я уже все тебе сказал вчера, Фрэйз. Не заставляй повторять… — монотонно произнес он, переводя на меня предупреждающий взгляд, отчего я на мгновение растерялась. — Пожалеешь.
Прозвучало угрожающе…
Но когда меня это останавливало?
— Не надейся, Блэквуд, — уверенно ответила я, крепко сжимая чашку с остывшим кофе.
— Уже стала, — твердо произнес он и, кажется, у меня помутилось в глазах.
Гад…
О, как хотелось выплеснуть содержимое этой чашки ему в лицо!
Неожиданно его ладонь властно легла на мое бедро, и я заметно вздрогнула, выпрямляясь в спине.
Что он творит? В своем уме?!
Лоренс слегка подался вперед, опершись локтем о стол. Он неотрывно смотрел на меня, пока его наглые пальцы блуждали по тонкому капрону моих новых чулок, проникая под юбку.
Он начал свою игру…
Игру, в которой я не знала правил и совершенно не хотела в ней участвовать.
Со стороны мы походили на хороших знакомых, которые сидели рядом друг с другом, болтая за чашечкой кофе. Вот только каждый в академии Эденгард знал о нашей взаимной ненависти и вражде.
Я встревоженно обернулась, замечая заинтересованные взгляды вокруг, их стало значительно больше, и все они смотрели на нас.
Только не это…
Никто не должен ничего заподозрить, а этот мерзавец открыто рисковал, откровенно лапая меня у всех на виду.
Его пальцы настойчиво поднимались выше, касаясь обнаженной кожи.
Становилось трудно дышать.
Жар раскаленным металлом разливался по телу, учащая пульс. Внизу становилось предательски влажно и горячо, отчего я едва не раздвинула колени, вглядываясь в самодовольное лицо Лоренса Блэквуда.
Он издевался надо мной…
Играл на моих ощущениях, внимательно улавливая каждый жест.
