Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Стоит ли?
Он и так считает меня своей собственностью, а его рубашка…
Я осторожно взяла ее в руки и поднесла к лицу, глубоко вдыхая запах лаванды.
Его рубашка пахла им.
По коже пробежала дрожь, и я порывисто мотнула головой, быстро надевая ее, а затем ловко замотала волосы белоснежным полотенцем.
Выходить из ванной комнаты не хотелось, но я и так задержалась здесь дольше положенного. Ноги дрожали, предвкушая наказание, которое ожидало меня за стенкой.
В конце концов, не просто так он притащил меня сюда…
Расплата за унижение неизбежна.
Я глянула на себя в зеркало, отметив чистое лицо и полуоткрытые губы, что на фоне бледной кожи казались яркого цвета. Красная прядь волос случайно выбилась из-под полотенца и аккуратно спадала на лицо, а кипенно-белая рубашка едва прикрывала мои колени.
Неужели это я?
Казалось, со всеми этими событиями, я должна была выглядеть изможденной, усталой. Но в глазах сиял странный блеск, а на лице отражался багряный румянец, выдавая мое возбуждение.
Может, Блэквуд прав? И я действительно себя плохо знаю?
Я неловко сжала в пальцах длинные рукава рубашки и чуть приподняла подбородок, собираясь с духом.
Чтобы он ни говорил: я ему не принадлежу!
И уже собиралась выходить, как дверь в ванную комнату немыслимым образом открылась, впуская внутрь его.
Я порывисто обернулась и увидела, как пристальный взгляд скользит по очертаниям моей фигуры, скрытой за полупрозрачной тканью рубашки, которую я едва ощущала на своей коже.
— Тебе пора выходить, — произнес он, недовольно нахмурив брови, словно то, что он увидел перед собой, ему не понравилось.
Даже сейчас указывает мне, что делать, контролирует, приказывает…
Ненавижу.
Но…
— Как ты открыл дверь? — прошептала я, и Блэквуд деловито сложил руки на груди, посмотрев на меня со снисхождением.
— Руками, — кратко пояснил он, и я забеспокоилась, бегая взглядом по его лицу.
Он издевается? Снова?!
— Я запечатала ее магией, — уверенно произнесла, крепче сжимая рукава в своих ладонях. — Ты не мог ее открыть.
Он смотрел на меня несколько длительных секунд, будто обдумывал слова, пока я неподвижно стояла напротив, ожидая ответа.
— Значит, ты думала, что закрыла… — отстраненно ответил он, плотно поджав губы.
Я точно закрыла, я помню.
— Или твой запас маны истощен, и заклинание не сработало, или… — произнес он, многозначительно замолчав. — Ты просто хотела, чтобы я вошел.
— Что? Нет! — эмоционально ответила я, и Лоренс иронично усмехнулся.
Я знаю, что закрыла дверь заклинанием.
