На застуженном земле снег мерцал холодным серым оттенком в свете звезд Росс-128, казавшимся грязно-розовым на фоне неба. Мягкий хлопок в ладонях превращался в тяжелый снежный шар. Пробуя силу и точность броска, я стерпел первый попытку — метров тридцать пушкой вылетел снег в сторону казарм второго взвода. Ухмыльнувшись победе,我又开始搓第二个雪球，瞄准门口的哨兵。...
Раковина пятиугольная (да, да, это действительно считалось благоприятным для поддержания чистоты, китайцы с фэншуем по сравнению с тэни жалкие дилетанты), ванна – на первый взгляд, прямоугольная, но, если присмотреться, – тоже есть пятый угол. Унитаз… ну вы догадались.
Я умылся. Глянул на себя в зеркало.
Нет, при всей невольной симпатии к биохимику – это не мое. Розовые беловолосые тэни выглядели слишком несерьезно. Не хочу таким быть.
Приготовленная мне одежда оказалась очень похожей на прежнюю. Штаны как штаны, из темно-серой ткани, рубашка белая с застежками-защелками (пуговицы тут знали, но крошечные механические кнопки были популярнее).
Выгляжу как персонаж какого-то старого мультика…
Рядом лежал и плащ, когда-то подаренный мне Продавцом, а сейчас еще и обстроченный веселенькой каймой. Я взял его, мысленно смирившись с тем, что избавиться от этого подарка невозможно, даже подозрительные тэни почему-то его оставили.
Вначале я попытался связаться с Фортом. Вслушивался, многократно мысленно звал, но никакого ответа не получил. Уловки подпольщиков сработали, меня действительно потеряли.
Тогда, набросив плащ, я вернулся в каюту. Амонд приветствовал меня одобрительным взглядом:
– Замечательно, Джагерд! У вас крепкий организм, мы ожидали, что вы проспите до утра.
– Голова раскалывается, – пожаловался я, хотя организм уже убрал всю боль.
– Еще раз приношу извинения, – сказал Амонд.
Так вот оно что! Я мысленно поблагодарил Эми за удачный выбор тесьмы.
Стол уже был сервирован, будто еду держали наготове. Рыба с гарниром из какого-то разваренного местного злака (рыба мне понравилась, каша – нет), напоминающие мидий ракушки, то ли сваренные, то ли просто ошпаренные, несколько закусок, которые могли быть чем угодно. В бутылке, для разнообразия квадратной, оказался слабый алкогольный напиток, который я решил называть вином.
– Куда мы летим? – поинтересовался я мимоходом.
– Честно говоря, даже не помню, – Амонд нахмурился. – Кажется, вначале остановка на острове Мидри, потом лайнер движется к Сегору или Хильду…
Он искоса посмотрел на меня, словно ожидая реакции.
Я молчал, глядя на него.
– Да, да. Мы не объясняли. – Кажется, это снова было проверкой.
