В тихом городке наступила незабываемая ночь. Праздник под кодовым названием "День дураков" превратился в вечер неугасаемых веселого балагана, где смех и шутки разносятся по каждому узенькому углу. Суббота, 1 апреля 1995 года — день без границ, когда даже самые дисциплинированные здешние жители не могут сдержать бурных эмоций....
А здесь? Что могло подвигнуть девушку выдать такую голимую ложь? И не похоже, чтобы это «гестаповцы» научили. Сама говорит, своими словами. Более того, и следачка, и бычара возле окна ей вполне искренне верят. Почему? Почему она так поступает?
В душе ворохнулось гнилое чувство недоверия к другу. Андрей ведь беседовал с ней один на один…
Сергей закрыл глаза и опустил голову. Чёрт! Как там говорил Шерлок Холмс? Можно всю жизнь раскрывать преступления, но при этом так и не научиться их грамотно совершать. Так и здесь.
"Слабость прошла. Волгин взял себя в руки, посмотрел на ситуацию с точки зрения профессионала. Акулову он доверяет на все сто процентов. Слова Снежаны — полное фуфло. Можно, конечно, отталкиваясь от них, запереть его с Андрюхой на трое суток, но вряд ли кто на это пойдёт.
Когда дошла очередь до него, Волгин опроверг слова наркоманки. Снежана не удивилась. Смотрела в окно. Туда, где за широкой спиной уэсбэшника и решёткой валил чистый снег.
— Если у вас есть вопросы друг к другу, вы можете их задать, — оповестила следачка.
— Тебе не стыдно?
Снежана вздрогнула и промолчала. «Гестаповец» кашлянул. Следователь поспешила вмешаться:
— Вопрос отклоняется как не относящийся к делу. Другие вопросы имеются?
— Зачем?
Снежана покачала головой, а минутой позже вышла из кабинета, не попрощавшись.
— Вам самому не стыдно? — спросила женщина оперативника.
— За что?
— Тяжело с вами, Волгин…
— Сам иногда страдаю.
— Чего мы добиваемся? Правды. Правды, Волгин. Я надеялась, что вы её скажете.
— Это понятие относительное. Правда у всех своя. А истина всегда где-то рядом. Спектакль закончен? Я могу идти?
— Не можете, Волгин. Сидите и ждите.
Собрав бумаги, женщина вышла. Уэсбэшник остался стоять, скрестив на груди руки и заслоняя спиной заходящее солнце. Сколько они уже здесь? Почти семь часов.
