В помещении густо плескается вентиляционная грязь — кажется, чтобы уберечь меня от窒息. Страх оглушает: нет веры в нормальную жизнь обратно. Паника прикрывает думой об опасности для ребенка, сердце колотится как будто громадный зверь. Уже и слезы выступают навстречу прошлому. Сегодня клиентов меньше — двое легких на ощупь, и они не такие избалованные. Но даже такое облегчение лишь на время....
Раскаленная звездочка впивается в кожу, а края раны начинают плавиться, как пластилин, кровь течет ручьем из всех отверстий сразу. Он дергается, орет, а лицо меняет цвет от серого, до красного, и обратно.
Меня начинает тошнить. Жуткое зрелище! Нет, такого они со мной не делали… Не могу сказать, что они обращались со мной получше. Но то, что я делаю сейчас, это перебор. Я понимаю… Опять же, я все себе по-другому представляла… Но назад отступать нельзя! Я уже заварила эту кашу и буду продолжать!
Беру Сергея за подбородок перчатками и смотрю в его поганую рожу.
Комнату начинает наполнять свежий воздух и мне становиться немного легче. Сергей продолжает корчиться от боли и я получаю истинное удовольствие! Осталось совсем немного, ато он сдохнет, а мне это не надо! Я подхожу к гаду и снимаю с него кляп.
– Прошу тебя! Умоляю, отпусти меня! Я все понял! Я больше ни с кем так не поступлю! – шепчет он.
– Нееет. Я же сказала, я сделаю с тобой все то, что делали со мной! И тебе очень повезет, если ты не сдохнешь, как последняя тварь! – шепчу я ему сквозь зубы, с трудом сдерживая свою ярость.
Я ухожу наверх. Надо дождаться Павла, иначе я сейчас насмерть замучаю этого мерзавца и он не сможет мне ничего сказать про сына. Резиновый фалос я оставила внутри Сергея.
Беру чашку в руки и понимаю, в меня больше не влезет ни одного глотка кофе. Сжимаю пальцы и чашка выскальзывает из рук. Звонко бьется об пол и осколки разлетаются вокруг меня. Я не выдерживаю и начинаю рыдать. Этот бокал, последняя капля. Столько всего навалилось…
В таком виде меня и застает Павел. Он быстро подбегает ко мне и начинает обнимать. Затем берет меня на руки и переносит в спальню. Сам идет убирать осколки. Как же он долго ездил! Целую вечность! За окном уже давно светло, а мы еще не спали! Кладу голову на подушку и меня отключает.
Мне надо встать, я должна идти, но мое тело меня не слушается. Сейчас… я полежу всего минуту и выбью из Сергея, куда он дел моего ребенка. Павел приехал, он рядом со мной, а значит, будет все хорошо!
Просыпаюсь, уже два часа дня. Смотрю на Павла, он лежит рядом и сопит. Начинаю тормошить его.
– Паш! Мы все проспали! Вставай! – чуть ли не кричу на него.
