Весна в цветах и звуках Москва 1553 года превращается в backdrop для предательства. Князь Савельев и его супруга княгиня Ульяна прогуливаются по живописному саду, когда изумрудные вишневые ветки и алый грушевые яблони словно дышат жизнью. Вокруг тропы пестрят цветы черемухи и сирени, а шмели создают мерцающий полет света. Атмосфера наполнена весельем и любовью, но скрытый в этом благородном ландшафте разрыв душ становится все более заметным....
– Не-е, мне эти трубы огненные ни к чему, шестопером надежней.
Князь сказал Куче:
– Бери с пяток стрельцов своих и вместе с ратником за пищалями, порохом, зарядами. После вместе со старостой определитесь, где засесть стрельцам, так, чтобы стрелять и по основным силам мурзы, и по отрядам, что попытаются охватить село. Можно это лучше сделать совместно с лучниками. Покуда стрельцы перезаряжать ружья будут, стрелять могут лучники.
– Разберемся, князь, – сказал староста села, – что ты с своей дружиной делать намерен?
– А вот то обсудим, как отправим стрельцов.
– Покуда дальние сторожа сигнала не подавали. Значится, татары еще около Дугинки. До топи не дошли.
– А не обойдут болота?
– Могут, но тогда им придется крюк делать верст в сто с обеих сторон, а может, и боле.
– Хорошо!
Куча подъехал к городьбе, крикнул кому-то, из села выехали четверо всадников и лошадь с телегой, ведомая возницей из местных. Во главе этого отряда встал Горбун и повел его в лес, к стоянке дружин московской и калужской.
Дмитрий спросил Перемитина:
– Как обычно вы отбиваетесь от татар?
– Их набеги ране редки были, это в последнее время, после того, как Иван Васильевич Грозный Казань и все ханство под Русь взял, зачастили. Поначалу урона от них имели много, потом приноровились. А как защищались? Ты ведаешь, напрямую на село пробиться можно только с запада. Через овраги бесполезно. Оттуда стрелять из луков тока и можно. А спереди городьба. За городьбой я ставил лучников и мужиков с пиками.
– И от такой силы, как полторы сотни басурман?
– И от двух отбивались.
– Ясно. Но ныне мы должны не тока отбиться, но и разгромить эти полторы сотни вместе с мурзой Исуном. Чтобы ни один басурман не ушел отсюда. Хотя нет, пару крымчаков живыми оставить надобно. Дабы пошли к Галимбеку и обрадовали его.
– На то своим приказ дам.
– Того не требуется. Ныне, староста, биться будем вот так. Гляди.
Савельев на песке хворостиной начертил схему села и ближайшей местности.
– Как отобьешь первые волны крымчаков, делаешь так…
Князь говорил, староста слушал.
– Мы ударим в тыл и перекроем крымчакам путь отхода. Ты понял меня?
– Понял, князь, все понял. Ты придумал хорошо. Так, пожалуй, и побьем проклятых.
– Побьем, Никита Иванович, обязательно побьем.
Проехала мимо телега в окружении всадников.
Куча показал, что пищали взяли.
Подъехал Горбун, доложился:
– Все в порядке, князь.
Савельев взглянул на старосту.
