Весна в цветах и звуках Москва 1553 года превращается в backdrop для предательства. Князь Савельев и его супруга княгиня Ульяна прогуливаются по живописному саду, когда изумрудные вишневые ветки и алый грушевые яблони словно дышат жизнью. Вокруг тропы пестрят цветы черемухи и сирени, а шмели создают мерцающий полет света. Атмосфера наполнена весельем и любовью, но скрытый в этом благородном ландшафте разрыв душ становится все более заметным....
Коли потребуется дружина и отряд на селе, пришлю Горбуна, он передаст, что делать. Коли не потребуется, мы с ним вернемся. И еще, из деревни уйдет проводник, его отправить в Колшино.
– А коли пожелает остаться?
– Я, Демид, что сказал?
– Отправить проводника домой.
– Вот и сполняй приказ.
– Слушаюсь, князь.
Отдав нужные распоряжения, Савельев, Горбун и Кузьмин пошли к селу. Их заметили сразу же, засуетились. К городьбе подбежали лучники, рядом мужики с копьями, на холме показался мужик в распахнутом кафтане с обнаженной саблей.
Савельев отметил, что в селении пропали бабы, дети, кони, скотина, из телег деревянных соорудили что-то похожее на укрепление вдоль оврагов. Туда же выкатили телеги сельчан. И там расположились люди, но меньшим числом, нежели на западе, откуда ждали татар. Один из сторожей заставы пролетел на коне в село, заметив дружину в лесу.
Кузьмин подъехал ближе к Савельеву.
– Тебе бы, князь, с ратником тута встать, а далее мне одному ехать.
Савельев согласился:
– Добре. Езжай, мы обождем.
Кузьмин повел коня к городьбе.
Староста спустился с холма, загородь убрали, он сам встретил проводника, которого хорошо знал.
Савельев видел, как недолго говорили Кузьмин и староста села Перемитин, как последний обернулся к защитникам села, что-то крикнул, как все село огласилось торжествующими возгласами.
Кузьмин вернулся к Савельеву.
– Князь! Староста и жители села, а тако же деревни Дугинка вельми рады появлению дружины московской и отряда калужского. Староста считает честью переговорить с тобой. Он ждет.
– Так едем.
Далее Савельев с Горбуном передвигались под приветственные крики сельчан. По строгому приказу князя раздосадованный Кузьмин вынужден был отправиться назад в Колшино. Одна радость, Хорин отдал ему коня насовсем.
Староста вышел саженей на десять вперед навстречу воеводе особой дружины и его верному ратнику.
Подъехав к Перемитину, князь и Горбун соскочили с коней. Дмитрий подошел к местному главе.
Глава четвертая
– Приветствую тебя, Никита Иванович, – поздоровался с Перемитиным Савельев.
Староста смутился немного:
– Вельми польщен, что ближайший к государю вельможа, князь, ведает о старосте небольшого приграничного села.
