В мире, полном мистики и тайны, Месть Тигра рассказывает о древней ведьме, которая не знает порабощенной смерти. О непостижимой силе зла в сердце мелкой деревеньки и о грядущей роковой битве между дьяволом и справедливостью.
На самом деле никто из знакомых Саймона не стал к нему лезть – даже Экон, мрачно усмехающийся неподалёку. И только сейчас, оглядывая толпу, Саймон заметил Нолана, который стоял в стороне с таким лицом, будто видел вместо него привидение.
Помогая брату подняться, Эмилия посмотрела на Саймона с той же смесью страха и восхищения, что застыла на лицах всех остальных. Он слабо ей улыбнулся, заранее извиняясь за Бэка, которого ей придётся выслушивать. Они ушли, и сердце болезненно забилось в груди. Он не хотел этого.
С дальней стороны пещеры, куда выходил не самый многолюдный туннель, раздались хлопки. Когда ближайшие Наследники обернулись посмотреть, кто аплодирует, среди них появилось знакомое лицо, и несмотря на усталость, Саймон подобрался, готовый к последней битве.
К нему шёл Цян.
Глава 9
Всезнайка
Наследники расступились, пропуская азиатского Хранителя, и Саймон застыл на месте, не зная, что делать.
Но Цян не дал ему возможности высказаться. Остановившись в добрых пятнадцати шагах от него, он сложил руки, и в тёмных глазах блеснула странная гордость.
– Поразительно, – сказал он голосом тихим, но звучным – такой не нужно повышать, чтобы его услышали. – Я давненько не видел такой изобретательности и изящности в бою, Саймон Торн. Хотя, стоит признать, я ни капли не удивлён.
Саймон насилу перевёл дыхание, но кулаков не разжал.
– Что, решил им всё-таки рассказать? – спросил он, и Наследники непонимающе зашептались.
– Некоторые давно знают, – сказал Цян. – Но да, я решил, что пришло время представиться. Меня зовут Цян Сюэсун, и я тот, кого вы называете Наблюдателем.
Толпа быстро разошлась по языковым группкам, и Цян подождал, пока переводчики передадут его слова остальным. Но Саймон не сводил с него взгляда, и пульс зашкаливал от адреналина и ярости.
– Скажи им правду, – потребовал он, и Цян ответил ему абсолютно спокойным взглядом.
– Помимо этого, – медленно произнёс он. – Я – азиатский Хранитель.
Саймон ждал возгласов, ждал шока и ужаса, ждал страха. Но вместо этого, когда переводчики замолчали, воцарилась тишина, пронизанная любопытством. Никого не удивило подобное откровение, и когда Саймон наконец огляделся, он заметил, что некоторые Наследники чуть ли не зевают от скуки.
