Автор
Тишина безвыходная, лишь зеркала отражают прошлое. В ней она увидела балетное великолепие — анданта Стеллы из "Щелкунчика". Теперь музыка живая, и она снова в глубине этого грациозного зала, словно возвращается в детские сны. Какой кошмар этот, какой проклятый сон?
Потом, как тебе известно, женился на прекрасной, но очень наивной южаночке. И тут на его пути снова попадается эта femme fatale, теперь уже в образе очаровательной вдовушки. — Луиза вдруг резко крутанула руль влево и, лихо развернувшись под самым носом у какого-то велосипедиста, сказала тоном, не терпящим возражений: — Ты сейчас примешь аспирин и ляжешь в постельку, Син, а я посмотрю эту чертову кассету. Сдается мне, Берни Конуэй, что и ты вполне можешь сесть в жаровню с кипящим маслом. Но в Капитолии не любят тех, у кого поджарены яйца.
— Спасибо, что тебя не пришлось уговаривать, — сказала Луиза, одарив Бернарда Конуэя очаровательнейшей из своих улыбок. — Ты чем-то озабочен? — безмятежным голосом спросила она.
— Да. Меня беспокоит состояние психики моей жены.
— О, это все пройдет. Опыт вашей супружеской жизни еще столь ничтожно мал, что ошибки неизбежны. Между прочим, от них не застрахованы и куда более опытные пары.
Они ехали в «шевроле» Бернарда в сторону Лос-Анджелеса.
— Я бы не хотел, чтобы наша семейная жизнь начиналась с упреков и подозрений в измене, — говорил Бернард, не отрывая взгляда от дороги. — Мне нужна жена-друг. Обстоятельства складываются так, что я хочу выставить свою кандидатуру на ближайших выборах в Конгресс.
— О, я заранее тебя поздравляю с успехом, — сказал Луиза и едва заметно подмигнула ему в зеркальце. — Признаться, я горжусь выбором моей дочери.
"Бернард вздохнул и, глянув на спидометр, прибавил скорость.
— Не надо так спешить, Берни — у меня кружится голова от слишком быстрой езды. До самолета еще больше часа. К тому же мне бы хотелось задать тебе вопрос довольно интимного характера.
Бернард повернул голову и настороженно посмотрел на сидевшую рядом с ним женщину — изящную, элегантную и непредсказуемую. Она улыбнулась ему — так улыбается пациенту хирург перед сложной операцией.
— Я тебя слушаю, Луиза.
— Это правда, что у тебя есть любовница?
Она обратила внимание, как дрогнули лежавшие на руле пальцы.
— Это… это не совсем то, что ты думаешь. Впрочем, да, это правда.
Луиза самодовольно усмехнулась.
— А тебе известно, что Синтия знает об этом?
— Вот оно в чем дело… — пробормотал Бернард и крепко стиснул руль. — Но откуда?
— Я же сказала, у тебя нет никакого опыта семейной жизни. Ты все не можешь выйти из образа плейбоя-холостяка.
