В Лиговке шагает обычный мужичок Степан Трунов, пока не замечает на его пути опасного грабителя Егорова. Его добротная кожаная обувь с трудом противостоит ледяному покрытию, и он начинает спешить, бросаясь в оперу для спасения. Но слишком поздно — резкое движение угрожает его жизни. Трагический сюжет на фоне серых московских дней придает рассказу непростительную интригу и драматизм....
Кафтанов повернулся и легко побежал по ступенькам вниз…
По коридору МУРа шел пожилой человек в аккуратном сером костюме, над карманом которого прилепились четыре ряда колодок, а с правой стороны рубиново блестел знак ”Заслуженный работник МВД”. У дверей с номером 325 он остановился и поправил пиджак.
— Вы Егоров? — спросила его секретарша.
— Да.
— Минуточку, — она нажала на кнопку селектора.
Кафтанов встал из-за стола и пошел навстречу Егорову.
— Здравствуйте, Николай Борисович.
— Здравствуйте, Андрей Петрович.
— Присаживайтесь.
Егоров сел к столу, достал сигарету, закурил.
— Неужели еще курите? — улыбнулся Кафтанов.
— Надо убедить себя, что курение — это просто удовольствие, тогда забываешь о пагубных последствиях, которыми пугают врачи. Но дело не в этом, Андрей Петрович. Как только мне позвонили товарищи из нашего управления, я сразу же на поезд и к вам.
— Ну ладно. — Кафтанов улыбнулся, достал пистолет с именной пластинкой. — ""Оперуполномоченному Егорову Н. Б. за борьбу с бандитизмом.
— Мой. Я потом дважды эту сволочь задерживал, расспрашивал о пистолете, а он, потерял, мол. Его убили?
— Да.
— Счеты или с целью грабежа?
— Грабеж. Расскажите мне о его делах в блокадном Ленинграде.
— Об этом можно рассказывать месяцами. Там был некто Мусатов…
— Какой Мусатов?
— Тот самый, до которого по нынешним временам не дотянуться. Он был одним из руководителей, отвечавших за снабжение города продовольствием. Вот они и придумали историю с мертвыми душами.
— А паспорта?
— Забирали у покойных, но не сдавали.
— Да-а. И это можно доказать?
— А вы возьметесь?
— Попробую. Вы поможете?
— Конечно. Только в наше время…
— Волков бояться… — засмеялся Кафтанов.
Игорь Корнеев и Кафтанов в форме стояли в кабинете Громова. Кривенцов, как всегда, устроился у стола.
Громов нервно шагал по кабинету.
— Итак, Корнеев, вы не выполнили мое распоряжение…
— Я отменил его, — спокойно сказал Кафтанов.
Громов продолжал словно не слышал.
— Кроме того, история с Тохадзе…
— Гурам Тохадзе привлекается по статьям 181 и 130, — перебил Громова Кафтанов.
— Я попросил бы вас меня не перебивать, — в голосе Громова звенел металл. — Хочу напомнить, что пока еще вы подчинены мне, а не я вам.
Лицо Кафтанова пошло пятнами, но он сдержался.
— Да, история с Тохадзе. Дыма без огня не бывает.
