В Лиговке шагает обычный мужичок Степан Трунов, пока не замечает на его пути опасного грабителя Егорова. Его добротная кожаная обувь с трудом противостоит ледяному покрытию, и он начинает спешить, бросаясь в оперу для спасения. Но слишком поздно — резкое движение угрожает его жизни. Трагический сюжет на фоне серых московских дней придает рассказу непростительную интригу и драматизм....
— Ты имеешь в виду Мауэра?
— Его.
— Значит, он вам мешал?
— Не об этом речь. — Гольдин встал, подошел ближе к дверям. — Ты будешь заниматься настоящим делом?
— Что ты имеешь в виду?
— Уже год, как через вас идет к нам дефицитное сырье: титан, алюминий, бронза… ну и золото, конечно.
Сергей больше не стал слушать, он шагнул к Гольдину и ударил его.
Роман, зацепив по дороге стул, отлетел к дверям.
И сразу же в номер ворвались четверо крепких, спортивного вида ребят.
Одного Третьяков отправил в нокаут сразу же, второго достал по корпусу, и тот осел по стене, глотая ртом воздух.
Но вдруг словно что-то обрушилось на него, в глазах закрутились огненные колеса, последнее, что он услышал, голос Гольдина:
— Не здесь, Ефим, не здесь…"
"Пришел он в себя в машине и понял, что сидит на заднем сиденье у дверей, а левее его кто-то, чье лицо он не мог разглядеть.
Голова раскалывалась от боли, все тело ломило.
Третьяков посмотрел на дверь, предохранительная кнопка была поднята.
Машина начала замедлять движение на перекрестке, и тогда Сергей, собрав остатки сил, рубанул сидящего рядом с ним по горлу, всей силой надавил на ручку двери, распахнул ее и вывалился на асфальт.
Вахмистр, старший патрульной машины, увидел, как из черного ”форда” выпал человек. Вахмистр еле успел свернуть, чтобы патрульный ”мерседес” не наехал на упавшего.
”Форд” затормозил, из него выскочил человек с автоматом ”Штеер-МП 49”.
Видимо, он не привык обращаться с австрийским автоматом, и эти несколько секунд заминки дали полицейским возможность выскочить из машины и достать пистолеты.
Лежащий на асфальте человек медленно пополз в сторону. Первая автоматная очередь ушла в землю рядом с ним.
Вахмистр Шольц трижды выстрелил, и человек с автоматом рухнул.
Падая, он продолжал жать на спуск, и пули полоснули по витрине магазина.
Посыпались стекла.
Дико закричал кто-то…
”Форд” рванул на красный свет, ударил бортом синий ”вольво”, и тот закрутился, как детский волчок.
— Вызови ”скорую” и подкрепление, — скомандовал вахмистр напарнику.
Патрульная машина, взвыв сиреной, рванулась в погоню.
Капитан Эрик Крюгер прибыл на место происшествия за несколько минут до машины ”скорой помощи”.
— Вот этот убит. — Полицейский показал на труп, лежащий на проезжей части. — Второй, выбросившийся из машины, чуть задет пулей и, видимо, сильно пострадал при падении. Ранен прохожий.
— Кто это? — спросил Крюгер.
Полицейский протянул капитану советский паспорт.
— Русский?
— Да.
— Любопытно.
