На солнечной поляне весны и осени возвышается таинственный парк, где грохот армейских боевых машин заменяет шепот лесных водителей и тревожный перестук отцов-разведчиков. С 17 сентября 1941 года, когда канонада начала свирепствовать издалека, парк превращается в тайное место, где встречаются разные люди: солдаты, агенты, диверсанты, каждому по собственной причине прибывающие на этом земном круговороде....
— Она облегченно выдохнула. — Какой же у вас беспорядок в квартире… Я зайду, можно? — Она шагнула за порог. — Да, забыла вам сказать, сегодня тоненькой струйкой пошла вода из крана. Видимо, и у вас тоже. Давайте проверим? Если есть вода, то первый поход в шикарный ресторан можно заменить наведением порядка в ваших, прошу прощения, авгиевых конюшнях…
Она открыла дверь в ванную. Что-то блеснуло у женщины под ногами. Молния сверкнула в голове! Там было что-то натянуто — то ли проволока, то ли гитарная струна! Когда он сам туда сунулся, то не заметил, эта штука находилась под ногами.
— Рита, не входите! — ахнул Олег."
"Он все понял. Так вот почему эта падла Каховский ухмылялся, когда он закончил допрос! Добыл информацию о месте его проживания… Но она уже вошла. Отшатнулась, услышав его крик. Но поздно. Натянулась струна, что-то щелкнуло, упал на пол металлический предмет. Можно не сомневаться какой! Он со стоном бросился к ванной, схватил женщину одной рукой за шею, другой за талию, резко рванул назад.
От взрыва заложило уши. Ударная волна стегнула по пяткам. Треснула чугунная ванна, посыпалась штукатурка с потолка. Олег зажмурился. Такое ощущение, что стены заходили ходуном, и потолок вот-вот обрушится. Но нет, дом стоял. Откололась часть раковины, с оглушительным треском разбилась о бетонный пол.
Рита закашлялась. Он опомнился, скатился с нее — чуть не раздавил. Схватил за плечи, повернул к себе. Все в порядке, целая. Даже испугаться толком не успела… А ведь действительно готовили шикарный сюрприз! Он приезжал сюда в последний раз трое суток назад. Рита отсутствовала. А граната уже была. Но он не заходил тогда в санузел! Не ел, не пил — не хотелось…
— Что это было, Олег? — Она выдавливала слова с усилием, словно пробку из шампанского вытаскивала руками.
— Граната. Все хорошо, Рита…
— Граната — это нехорошо… — Она опять закашлялась. — Господи, Олег, вы мне жизнь спасли…
— А вы — мне…
Она хотела возразить, но передумала. Действительно — спасла. Он взял ее за плечо. Вставать не хотелось. Успеет еще. Ее лицо было прямо перед ним. Только теперь она по-настоящему поняла, что могло случиться. Губы дрожали, из глаз сочился ужас.
Эти глаза вдруг стали центром притяжения.
