Я решил, что должен приглядывать за твоей сестрой, чтобы вела себя как подобает. Нельзя, чтобы она расстраивала такую милую хозяйку, как леди Фелина…
Керкхилл удивленно вскинул брови. Его дядя, обычно такой невозмутимый, такой спокойный, лепечет и запинается. Неужели сэр Джеймс действительно тревожится за Нэн?
— Как поживает моя леди матушка? — спросил он.
— Прекрасно, — улыбнулся сэр Джеймс. — Все просто отлично. Против ожидания, Аннис почти не ворчит и не жалуется, как бывает, стоит ей остаться в одиночестве. Я обещал, что вернусь в конце недели. А что до твоих ребят — и моих тоже, — они ждут, когда Арчи поведет их в битву.
Керкхилл кивнул. Матушка довольна, солдаты наготове. Дядя вполне имел право заняться собственными делами.
Фиона в нерешительности застыла в дверях обеденного зала. Она вымылась перед жарким огнем камина, высушила волосы и попыталась прихорошиться. Очень уж ей было неловко в своих старых нарядах, особенно когда она увидела, как хорошо одеты ее сестра, Нэн и кузина Дженни.
Она не сразу увидела мать, хотя взволнованно оглядывалась по сторонам, всматриваясь в толпу гостей. Фелина обнаружилась возле камина в обществе сэра Джеймса. Они болтали и весело смеялись, как добрые знакомые.
С трудом оторвав взгляд от матери, Фиона вдруг заметила сестру, которая стояла среди гостей и смотрела на нее в упор.
Мейри улыбнулась, и страхи и опасения Фионы растаяли без следа. Она торопливо направилась к сестре. Мейри обняла ее — крепко, от всей души.
— Чудесно выглядишь, дорогая, — сказала Мейри, ее серые глаза сияли. — Тебе идет быть матерью. Но где же мой новорожденный племянник?
— Спит наверху, — ответила Фиона. — Он спит целыми днями. Но я познакомлю тебя с ним, после того как мы покончим с обедом. Ах, Мейри, как же я рада тебя видеть!
— Я тоже, — сказала Мейри. — Надеюсь, ты помнишь Роберта Максвелла, — добавила она, беря за руку высокого темноволосого джентльмена. — Ты однажды встречала его в Данвити-Холле, а женаты мы уже два года. Скоро ты увидишь и нашего крошку Тамми. А теперь очередь Дженни и Хью. Им не терпится с тобой поздороваться.
Вперед выступила Дженни Исдейл. Ее мягкие волосы цвета темного золота были забраны в простую сетку. За ней шел муж — сурового вида черноволосый мужчина со светло-карими глазами. Когда Хью Дуглас обнял Фиону, ей показалось, что она оказалась в объятиях медведя.
— Рад видеть тебя в добром здравии, дорогая племянница. Мы очень тревожились за тебя.