Вместо того чтобы последовать за Дэвидом, когда тот вышел, Керкхилл закрыл дверь и, повернувшись к Фионе, сказал:
— Мы все перепугались, мадам, но вам пришлось особенно тяжело. Матушка Битон предупредила, однако, что для молодой матери естественно быстро уставать, поэтому…
— Кажется, вы снова намерены отдавать распоряжения? — перебила Фиона. — Но я уже давно способна сама решать, что мне делать. Вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что Уилл или старый Джардин хоть раз обо мне побеспокоились. И о сыне я тоже позабочусь сама, — добавила она, мрачно взглянув на мать.
— Тогда я вас оставлю вместе с сыном, только, прежде чем уйду, хочу сказать еще кое-что: Дэви не единственный, кто сегодня оказался храбрецом. Вы заслонили собой мать от клыков этого чудовища. Разумеется, вы можете сказать, что хотели только спасти ребенка. Однако в этом случае вам было бы достаточно выхватить его у нее, а дольше будь что будет.
— Нет, я бы никогда…
— Вот именно, — ответил он.
На минуту задумавшись, Фиона сказала:
— Кстати, а как Добби попал внутрь?
— Я велел Ходу вывести его вон. Наверное, кто-то оставил дверь открытой, когда Ход был на кладбище, а люди ходили туда-сюда, — предположил Керкхилл.
— Да, такое бывает, — кивнула она. — И Дэви сказал, что дверь была открыта.
— Мне следовало поговорить о собаке с Ходом или привратником, — признал Керкхилл. — А теперь, мадам, идите и накормите сына. Я велю принести сюда завтрак для вас и леди Фелины. Флори, наверное, уже позавтракала.
— Да, милорд, пару часов назад, — сказала Флори.
Кивнув, он задержался на пороге лишь для того, чтобы услышать, станет ли Фиона возражать. Она молчала, и он повернулся, чтобы уйти.
— Я иду с вами, милорд, — сказала Фелина. — Я здесь не нужна.
Керкхилл оглянулся на Фиону, но она уже хлопотала над колыбелью. Он кивнул Фелине, распахнул дверь и вышел вслед за нею на лестницу. Леди Фелина спускалась первой. Так было принято на таких крутых лестницах на тот случай, если дама споткнется и упадет. Оказавшись в холле, он подал ей руку:
— Возможно, вам захочется пригласить матушку Битон или вашу горничную, чтобы не оказаться единственной женщиной за завтраком?
— Разумеется, — согласилась Фелина. — Но, знаете ли, когда родился крошка Томас, матушка Битон пробыла с Мейри всего три дня. Несомненно, она уже собирается уезжать.
— Значит, и вы подумываете нас покинуть? — спросил Керкхилл.
Леди Фелина не произнесла больше ни слова, пока Керкхилл давал указания слуге.
