Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
Раздел Chitat.online для книги «Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ждать пришлось недолго: вскоре послышались приглушенные голоса.
— …Черт ее подери: и зачем приперлась?! Цветы захотела полить!.. Так я ей и поверил… — злился Генрих. — Все утро испортила!"
"Раздался грохот: похоже, в контейнер забросили пакет с мусором. Звякнуло стекло, хлопнул багажник — очевидно, Генрих экономил время и решил не нести мешок с пустыми бутылками к специальному контейнеру на перекрестке.
— Ничего не забыла?
— Нет, милый, — проворковал женский голосок.
— Подкину тебя до города и вернусь. Этот Пинкертон в юбке может в любой момент снова заявиться.
— Мы еще повторим эту ночь?
— Повторим… Да не маячь ты, садись быстрее в машину!
Захлопнулись дверцы, завелся двигатель. Вскоре со стороны перекрестка раздался скрип тормозов, и всё стихло. Прикинув время до города, Оксана выбралась из укрытия, пробралась к двери, набрала код и вошла в дом: перевернутый детский стульчик, мягкие игрушки в разных углах. Досталось бедолагам, сами они точно туда не добрались бы. Заглянув на кухню, она поднялась по ступенькам наверх, открыла дверь спальни: смятое постельное белье, беспорядочно разбросанные на полу подушки, одеяло…
Все говорило о бурно проведенных хозяином ночи и утре.
«Картина маслом! — Оксана обратила внимание на валявшуюся посередине прикроватного коврика ежедневную женскую прокладку. Зашла в ванную: два полотенца в углу, длинный черный волос в поддоне душевой кабины. Бросив взгляд в мусорку с использованными презервативами, не на шутку разгневалась: — Козлина ты, Генрих! Урод! Гадина!»
Спустившись на первый этаж, она машинально подняла мишку с зайцем, собралась было посадить их в детский стульчик, но вовремя опомнилась: нельзя, Генрих сразу поймет, что в доме кто-то был. Пришлось уложить игрушки туда, где лежали. Осторожно выглянув во дворик, выскользнула за дверь, дождалась щелчка за спиной, посмотрела на часы: по идее, времени до возвращения хозяина должно хватить, чтобы открыто пройти к машине по улице. Но лучше не рисковать: вдруг передумает везти свою даму сердца до города и высадит на остановке?
Повторив путь, которым пробралась на участок, Оксана села в машину. Пересекая дальний перекресток, посмотрела в сторону дома: БМВ Генриха заезжал на парковку.
«Сволочь! Ни за что не отдам тебе Катю!» — раздувая ноздри, дала она себе слово.
В авто засветился дисплей: звонил Роберт.
«Опаздываю!» — запаниковала она, вспомнив о выключенном в телефоне звуке.
— Да, милый! Уже еду. Извини, задержалась. Пришлось немного прибраться на объекте, — с ходу принялась она оправдываться. — Телефон остался в машине.
— Плохо, Оксана. Нас уже ждут в переговорной, а я не могу тебе дозвониться. Ты далеко?
— Минут двадцать до офиса… ну, пятнадцать, — она добавила газу. — Прости, дорогой! Лечу.
