— Ты гениальная интриганка! Именно для этого сейчас ты и повезешь Максима в Крыжовку!
— Зачем? Самый дорогой для Ладышева человек — его мать. Раньше она жила на Пулихова.
— Жила. И сам Ладышев жил в пристройке к этому дому. Поэтому я и выбрал квартиру рядом. Но, как выяснилось, информация устаревшая, здесь за ним числится только место в гараже, которым пользуются другие люди. Вадим Ладышев и его с мать уже несколько лет живут в Крыжовке.
— На даче, что ли? — удивилась Валерия. — Я была там, правда, очень давно: старая деревянная халупа. Развалилась, поди.
— Развалили. И сейчас там дворец. Тебе надо хотя бы посмотреть.
— Я не поеду с этим… — закапризничала Валерия. — Поехали с тобой.
— Не могу, дорогая, у меня другое важное дело. А он не может и не должен ехать туда один: благодаря тебе с некоторых пор я ему не доверяю. К тому же его ищут, поэтому любой другой вид транспорта отпадает. И за руль ему нельзя: вдруг остановят? Так что остаешься только ты. Обещаю, что он, как только доведет дело до конца, сразу исчезнет из нашей жизни. Езжай, — мягко подтолкнул он ее к выходу. — Я поработаю, приготовлю ужин и буду ждать тебя дома…
Закрыв за ней замок, Грэм снова преобразился. Словно снял маску: лицо без единой эмоции, сосредоточенный холодный взгляд, подтянутая фигура с распрямленными плечами. Даже визуально он стал выше. Таким Грэма Валерия тоже не видела. Разве что в момент знакомства, когда ему нужно было произвести впечатление. Правда, при этом ему приходилось улыбаться.
Зайдя на кухню, он включил кофеварку, дожидаясь нагрева системы, взял телефон, открыл мессенджер и отправил короткое сообщение адресату: «А».
«Дура, — снисходительно усмехнувшись, пригубил он кофе. — А ведь казалась умнее…»
Ополоснув пустую чашку, он поставил ее в посудомойку и стал быстро собираться…
— …Вадим, это Ира, — звонок жены Зайца застал Ладышева на выезде с завода. — У нас беда: Кельвин умер…
— Как? Когда?!
— Только что. Я к вам днем заходила, сделала уколы. Все было хорошо. После ужина мы с Костиком вышли погулять и снова к вам заглянули. Кельвин спал на своей подстилке, отреагировал на наш приход, даже обрадовался, мордочку поднял. Вместе с Ниной Георгиевной перенесли его к ней в комнату, чтобы Костя ему не докучал. Галина Петровна пришла, сели пить чай. Перед уходом я решила снова на него глянуть, поднялась наверх… а он уже умер, — Ирина всхлипнула. — Мне так жаль…
— А мама как? — добавил газу Вадим.
— Плачет. Я дала ей успокоительное. Галина Петровна с Михаилом остались с ней в доме. Костик, стой!.. Ты скоро приедешь? — уточнила Ира.
— Уже еду. Минут через двадцать буду.
— Тогда мы тебя дождемся… Сынок, пошли обратно в дом… — успел услышать Вадим.