Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
Раздел Chitat.online для книги «Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Катя возвращается в Минск с больной дочерью Мартой, пытаясь найти спасение для её здоровья. Вадим, её первая любовь, за четыре года постарался забыть о женщине, которая навсегда изменила его жизнь. Встреча, которой обе стороны избегали, становится неизбежной, возвращая прошлое и ставя под...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И… хорошо: учитывая, что ты уже дважды оказывалась не в том месте и не в то время, я расскажу тебе все с начала. Летом нам пришла первая рекламация…
Зиновьев влетел в квартиру вслед за милицией и сразу остановился как вкопанный: на полу гостиной в луже крови лежали трое мужчин, на диване — женщина.
«Галецкая!» — узнал он.
— Дышит! — донеслись до него слова милиционера, осматривавшего поочередно тела. — Женщина… Спит, что ли? Тело без видимых повреждения… Срочно две скорые по адресу! — произнес тот в рацию. — Пострадавшие без сознания, одно ножевое… А вы кто? — заметив постороннего, милиционер потянулся к кобуре.
— Это со мной! — пришел на помощь появившийся приятель Зиновьева, раскрывая удостоверение. — Старший следователь Зайцев. Этот, с ножом в боку, — Максим Обухов. В розыске… Дышит. Прижми рану, — приказал он Сане, стянув с дивана покрывало. — Осторожно, нож не задень. Скорую вызвали?
— Да, две. Для него и для женщины. Похоже, спит, — пожал плечами молодой милиционер. — Или под наркотой.
За спиной послышались голоса.
— Иди, не путайся под ногами. Позвоню, — отправил оттесненного медиками Зиновьева приятель и тут же принялся кому-то звонить.
На лестничной площадке среди людей в форме и в штатском Саня заметил Поляченко.
— Что там?"
"— Да бойня какая-то. В жизни столько кровищи не видел!.. Два трупа, едва дышащий Обухов с ножом в печени, спящая Галецкая на диване, — поделился Зиновьев, когда они вошли в кабину лифта. — Одного я видел минут двадцать назад на лавочке напротив подъезда. Прикидывался немым пенсионером, что-то чертил тростью у себя под ногами. По ней и опознал, точнее, по рукоятке: торчала из Обухова.
«Следил за подъездом» — догадался Поляченко.
— Следователю сказал, что видел этого с тростью во дворе?
— Он и сам его видел, правда, издалека. Вот только что сидел во дворе — и вдруг, бац, лежит мертвый в квартире!
На площадке перед подъездом успела собраться изрядная толпа зевак, на входе стояли два милиционера.
— Не впустят обратно, — раздосадованно произнес Зиновьев.
— Без ксивы не впустят, — согласился Поляченко. — Жди здесь своего приятеля, может, еще что расскажет. Я поехал на Каменную Горку, — показал он взглядом на дожидавшееся такси.
— А Елисеева кто встретит?
— Разберемся…
— …Японцы улетели, мы своего крота вычислили. Искали Максима, предполагали, что он не один. Хорошо, он успел сообразить, во что вляпался. Пошел на сотрудничество. Тебя вот освободил, — Вадим попробовал улыбнуться, глянув на Катю. — Плохой он, хороший… Не мне судить. И, да, я на него зол. Но я сам предложил ему условия, гарантии и выполню их, чего бы мне это ни стоило.
За время пути Ладышев успел рассказать Кате ровно столько, сколько требовалось для понимания ситуации.
