Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
Раздел Chitat.online для книги «Миллион оттенков желтого» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мы затолкали ее в салон, тут же залезла Федоскина.
— Дверь закрой, чтоб не удрал! — велела я Боре.
Он поспешно захлопнул дверцу, и мы привалились к ней спинами, одинаково шумно дыша. Я запыхалась после пробежки с отягощением, а Боря усиленно принюхивался.
— Чем это пахнет? — спросил он с подозрением.
— Надеюсь, Бегемотиком, — ответила я и наконец ощутила, что в кармане у меня усиленно и, кажется, уже довольно давно вибрирует смартфон.
Звонила, конечно же, Ирка.
— Ну, что у вас там?! — закричала она мне в ухо. — Взяли кота?!
— Кого-то взяли.
— Ну а гада уже не взять, он сел в свою машину и утек!
— Далеко не утечет, на машине трекер, — напомнила я. — Не ори ты так, у меня и без того ноги подкашиваются и сердце выпрыгивает, не хватало еще оглохнуть!
— Прости. — Подруга понизила голос, и только тут до нее дошло, что я не подтвердила успех операции. — Погоди, что значит «кого-то взяли»? Это не Бегемотик?
— Сама погоди, — устало огрызнулась я. — Хозяйка как раз хвост щупает и родинку между сосками ищет. Сейчас узнаем, Бегемотик это или нет.
Боря повернулся, пригнулся, по уже отработанной методе влип носом в стекло и сообщил:
— Кажись, он самый. Они там обнимаются и целуются.
— Ну, слава богу! — выдохнула услышавшая его Ирка.
— Слава нам, — сварливо поправила я.
Плечи ныли, а сердце колотилось так, будто я только что героически похитила мешок картошки с охраняемого поля. Надеюсь, Федоскина выпишет мне премию за работу эвакуационным транспортом в условиях, приближенных к боевым.
Мы не стали возвращаться за Иркой, потому что разворачиваться у моста было долго. Подруга своим ходом отправилась на базу — в дом на Гагаринской. Остальных добрый Боря повез в ветклинику: Федоскина категорически заявила, что ее питомцу непременно нужно к доктору. Мы с ней не спорили. Кот хоть и выглядел целым и невредимым, вел себя неадекватно: едва мы с Борей сели в машину, начал утробно рычать, хлеща себя хвостом и прижимая уши.
Во избежание проблем в кабинет Айболита психованного Бегемотика занесли в переноске, а вот вышел он оттуда уже другим человеком, то есть, конечно, котом. И не вышел, а выехал на руках ветеринара безвольным меховым ковриком. Я в первый момент даже испугалась, что кот того… не перенес уготованных ему испытаний. Но оказалось, что добрый доктор Айболит сделал Бегемотику успокаивающий укол, а так с котом все более или менее в порядке.
Несчастный зверь уснул, и засовывать его обратно в переноску хозяйка не позволила. Поэтому вернулся Бегемотик в родные пенаты почти так же, как и покинул их: замотанным в плед из багажника «ласточки» и на чужих руках, только на сей раз не женских, а мужских. Почетное право нести закукленного кота досталось Боре.
