В безмолвии океана, лишь плеск воды и скрип крыльев чаек нарушали тишину. Маленький кораблик под ветром дрожал, и вот вновь командир призывал своего напарника: "Сафар, залезай, посмотри! Они там не прятятся." Легкий как кот Сафар с легкостью забрел на палубу. В миг он снова ступил в дверном проеме — и доложил: "Никого нет ни во флотилии, ни вещах."...
А если мы согласимся, то половина от очень много — это тоже очень много. Достаточно, чтобы каждый из нас стал богатым человеком.
Он поднял на меня глаза, в которых все еще плескалось возмущение, но уже пробивался холодный расчет.
— И что ты предлагаешь делать? Таки согласиться?
— Думать Изя, да и съездить в Читу, завести знакомство и узнать действительно дело обстоит так, как сказал Стряпчий. Может и по-иному и он не все знает. Попробовать самим. Мы должны понять, чего стоит ее предложение. Мы должны это проверить.
Изя задумчиво потер свой нос.
— Разведка… Это мне нравится. Мы поедем, мы все узнаем, мы приценимся. И если она таки права, и без нее нам не дадут и шагу ступить… что ж, тогда мы вернемся к этому разговору. Но торговаться будем до последнего! Насчет документов не беспокойся сделаю, комар носа не подточит.
— Вот это другой разговор, — кивнул я. — А теперь ложись спать. Завтра нас ждет долгая дорога в столицу Забайкалья.
Однако нашим планам не суждено было сбыться так скоро. Ранним утром, когда мы уже грузили в нанятые сани наши скромные пожитки и тщательно упакованные векселя, на двор снова въехал знакомый дворецкий. На этот раз он был без конверта."
"— Аглая Степановна просит вас, господин Тарановский, уделить ей еще немного времени перед отъездом.
Я переглянулся с Изей. Тот лишь развел руками, мол, чего еще ждать от этой женщины. Поручив ему заканчивать сборы, я вновь отправился в особняк.
Глава 8
Глава 8
Я вернулся в особняк Верещагиной по ее срочному вызову. Атмосфера в кабинете изменилась. На смену вчерашней настороженности пришла деловая, почти хищная энергия. На столе были разложены чистые листы гербовой бумаги, стояла чернильница, а взгляд Аглаи был острым и пристальным.
— Владислав Антонович, я думала всю ночь, — начала она, указывая мне на кресло. — Мы не должны терять ни дня. Ваша идея об освоении нового района гениальна, и я готова вложить в нее все необходимые средства. Но действовать нужно не в Чите, а там, где принимаются настоящие решения. Вы должны немедленно ехать в Петербург.
Она изложила свой план. Он был прост, дерзок и масштабен.
