Золотоискатель открывает месторождение в сибирской тайге, но сталкивается с коррупцией чиновников и преступниками. Ему предстоит отстоять свое право на прииск, используя хитрость, силу и деньги, чтобы пробиться сквозь сетку взяток и шантажа в борьбе за справедливость и свободу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Миллионщик» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Золотоискатель открывает месторождение в сибирской тайге, но сталкивается с коррупцией чиновников и преступниками. Ему предстоит отстоять свое право на прииск, используя хитрость, силу и деньги, чтобы пробиться сквозь сетку взяток и шантажа в борьбе за справедливость и свободу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Золотоискатель открывает месторождение в сибирской тайге, но сталкивается с коррупцией чиновников и преступниками. Ему предстоит отстоять свое право на прииск, используя хитрость, силу и деньги, чтобы пробиться сквозь сетку взяток и шантажа в борьбе за справедливость и свободу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Зима была на исходе, и я торопился, желая еще по санному пути, по крепкому, звенящему насту добраться до Перми, а оттуда уже по рекам — в центральную Россию. И мы успели. Лед трещал, стонал, покрывался сверху слоем воды, готовясь к своему последнему, сокрушительному походу к Каспийскому морю.
В Перми мы распрощались с кибитками и ямщиками. Дальше наш путь лежал по воде.
Весеннее половодье было бурным, стремительным. Кама, освободившись от ледяных оков, разлилась широко, затопив прибрежные луга и превратившись в мутное, бурлящее море. Мы сели на первый же пароход, идущий до Нижнего Новгорода."
"Пароход был старенький, неуклюжий, с высокой, коптящей трубой, из которой валил густой черный дым, и огромными, шлепающими по мутной воде колесами. От постоянных ударов лопатками по воде корпус судна постоянно сотрясала мелкая ритмичная дрожь. Палуба была забита самым разным людом: купцами в длиннополых сюртуках, возвращавшихся с ярмарки, мужиками в армяках, ехавшими на заработки, мещанами, студентами в потертых фуражках, какими-то странствующими монахами с котомками за плечами.
Мы плыли по Каме, потом по Волге. Пароход, мало того что вез пассажиров, да еще то и дело цеплял к себе баржи — то с металлом, то с лесом, то с какими-то тюками. Бесконечные, унылые, но по-своему величественные пейзажи проплывали мимо: высокие, обрывистые берега, поросшие лесом, заливные луга, на которых уже зеленела первая робкая изумрудная трава, редкие, затерянные в этой безбрежности деревушки с покосившимися церквушками.
И чем дальше мы плыли на запад, чем ближе подбирались к одной из целей нашего путешествия, тем больше я нервничал.
— Что с тобой, Курила? — спросил Изя, с удивлением глядя на меня. Он сидел на палубе, на каком-то тюке, и пытался починить дужку очков. — Ты уже третий день ходишь как в воду опущенный. Или, наоборот, как будто клад нашел. Не поймешь тебя. То молчишь часами, то улыбаешься сам себе, как идиот. Ты, случайно, не влюбился?
— Так, задумался, — отмахивался я.
В Нижнем Новгороде мы пересели на другой пароход, поменьше, который шел по Оке, а затем по Клязьме в сторону Владимира. Рекунов несказанно удивился такому решению:
— Простите, мосье Тарановский, но разве путь на Петербург лежит не через Ярославль?
— Теперь быстрее ехать через Москву! — пояснил я. — Оттуда мы быстро доберемся железной дорогой. Рекунов с недовольным видом вынужден был подчиниться.
Чем ближе подплывали мы к Гороховцу, тем сильнее билось мое сердце. Где-то здесь, на этих высоких, поросших сосновым лесом берегах, должно быть поместье — усадьба Левицких.
Я стоял на палубе, напряженно всматриваясь в проплывающие мимо берега. Пароход неспешно шлепал колесами, оставляя за собой широкий пенистый след.
