Мина скользила между шумом больничной палаты и тихим шелестом бумаги в черных файлах. Кожа кушетки цеплялась за ее голую попку, ожидая того, что настигло ее. Вдали монитор отчеканивал время; сестра наблюдала безучастно, не замечая, как сама жизнь Мины перешла в другое русло....
Чем ближе он подходил к стене, тем сильнее сжималась рука и быстрее становились движения. Ему понадобилось ровно десять шагов, чтобы застонать от оргазма и упасть на колени перед голограммой. Последнее, что он увидел, были сверкающие капли собственной спермы на пальцах. Через секунду голова хаята отделилась от тела и упала на пол, а затем покатилась в сторону гостиной. Маленький робот бесшумно двинулся за ней.
Мина
Еще около получаса я наблюдала, как офицеры приглашали присутствующих в кабинеты. Что происходило внутри, никто не знал – комнаты для допросов были полностью закрыты.
Я даже порадовалась, что Варадар решил загрузить меня работой. Во-первых, не придется мучиться в ожидании, во-вторых, пока меня радовала любая возможность прикоснуться к местным технологиям. На Земле я работала за стареньким, очень медленным компьютером с плоским экраном, а вот местные рабочие панели вызывали восторг.
Нос защекотал странный кисловатый запах. Посмотрела на ящик, из которого поднимался едва заметный серый дымок. Первое, что я сделала – отскочила в сторону. Но тут же поняла, что поздно: ноги стали ватными и перестали слушаться. Я хотела отползти к двери, но в глазах все помутнело. Комната расплылась, перед глазами появились зеленые ботинки.
Сознание я не потеряла. Я все слышала, чувствовала, даже частично видела. Но ничего не смогла сделать. Меня подняли на руки так, чтобы я не смогла увидеть лицо мужчины, и понесли прочь из кабинета. Я надеялась, что сейчас меня увидят, бросятся на помощь, ведь управление просто кишело офицерами и детективами. Но никто не бросился мне на помощь. Более того, я никого не слышала, как будто все вымерли.
По смазанным предметам я поняла, что сначала мы вышли на лестницу, потом повернули в коридор, который мне был незнаком, потом вышли на паркинг. Все это время я пыталась хоть как-то привлечь к себе внимание, но все, что могла делать – дышать. Даже стонать не получалось.
Через несколько минут меня уложили в багажник кара, наступила полная темнота. Я старалась прислушиваться к звукам, но ничего, кроме мотора, не слышала.
