Автор
В этой книге explores the delicate balance between vulnerability and resilience, examining how individuals navigate intense emotional states triggered by psychological trauma or birth defects affecting minдалевидное тело. Проявляя эмоции в угрожающей или волнующей ситуации через занятия и тренировки, автор раскрывает необычайную силу человеческого духа....
Честно говоря, у них было мало общего. Обе, правда, любили конфеты «Сливовое драже», но это, пожалуй, и все: по внешности, вкусам, характеру они были абсолютно разными.
Бабуля как-то рассказала, что, когда мама была маленькая, первым делом она пыталась стянуть в магазине те самые драже.
— В смысле «первым делом»? Это был единственный раз, первый и последний, — тут же закричала мама в свое оправдание, но бабуля лишь тихонько хихикнула и добавила:
— Ну так лиха беда начало. Хорошо еще, что вовремя остановили, а то ведь укравший булавку украдет и быка.
"Причина, по которой они обе любили эти конфеты, была довольно странной: «можно и сладость почувствовать, и вкус крови». Сливовое драже… Таинственно поблескивающие белые глянцевые шарики с броской красной прожилкой. Перекатывать эти шарики во рту было для них обеих одним из немногих удовольствий. Вот только красная прожилка, как правило, быстро таяла, и драже трескалось так, что бабуля часто резала себе язык. Мама бросалась искать мазь, а бабуля, прижав пакетик с драже к груди, светилась радостной улыбкой:
— Знаешь, сладкий вкус очень недурно сочетается с солоноватой кровью — вот что самое удивительное.
Странное дело: она могла повторять свои присказки по многу раз, но они мне никогда не надоедали.
В моей жизни бабуля всегда появлялась внезапно. Они с матерью около семи лет фактически вообще не общались друг с другом, пока измотанная жизнью мама наконец не выдержала и не послала бабуле сигнал SOS. Причиной ссоры родных людей стал посторонний мужчина, а именно — мой отец.
Дедушка умер от рака, когда бабуля была беременна мамой. Поэтому бабуля всю свою молодость отдала на то, чтобы мама ни на миг не почувствовала себя безотцовщиной. Можно сказать, что вся ее жизнь была посвящена единственной дочери. К счастью, мама хоть и не была круглой отличницей, но училась довольно прилично, так что смогла поступить в Женский университет в Сеуле. И вот с таким старанием воспитанной дочке вскружил голову какой-то прощелыга (это бабуля так моего отца называла) — уличный торговец, продававший всякие безделушки с лотка прямо перед ее университетом.
