Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
Вот если бы ты пистолет нашла… или, скажем, труп…
– Полина, что ты выдумываешь? – рыкнула я в трубку. – Не было трупа. Но… – я закашлялась и перешла на заговорщицкий шепот: – Я его голым видела!
– Кого?
– Алекса.
– И как?!
Вот! Наконец-то подругу проняло. Голый мужик интересовал ее куда больше каких-то мелков. Кажется, даже больше трупа.
– Честно говоря – супер…
– О, Евочка, да, я смотрю, он сумел тебя впечатлить!
– Ну да, у него красивое тело, – буркнула я, не желая признавать свою маленькую слабость, но Полина только захохотала:
– Забудь про тело, дурочка! Что у него там?
– Где? – не поняла я.
– В трусах, Ева!
– Там… – Я сглотнула, вновь чувствуя, как начинают пылать щеки. – Там у него… ку… ку…
– Ку-ку? – задумчиво повторила Полина. Судя по голосу, она сейчас судорожно пыталась сообразить, что же это за «ку-ку» такое загадочное может быть у парня в стратегически важном месте. И наконец выдала. – Кузнечный молот?
– Кудряшки! – рявкнула я, зажмуриваясь и отчаянно пытаясь выбросить из головы ненужные воспоминания.
Полина захохотала:
– Кудряшки?! И это все, что ты смогла рассмотреть?
– Полина! – строго позвала я в трубку. – Хватит ржать. Это не смешно!
– Да-да, прости, пожалуйста, – пробулькала подруга. – Это совсем не смешно, даже грустно, я бы сказала. Бедный! Одни кудряшки…
Мне почему-то стало немного обидно за Алекса, и я рявкнула, перекрикивая хохот брюнетки:
– Что ты понимаешь! Он довольно… бо… кру… дли… природа постаралась, короче!
– Ладно, Ева, успокойся.
– Не надо! – отрезала я. – И вообще, ты не представляешь, как я сегодня перетрусила.
– Ну да, с непривычки он может пугать…
– Да нет. Я думала, Алекс – колдун.
– Он настолько хорош?! – ахнула Поля.
Я скрипнула зубами: озабоченная дуреха!
– Мне показалось, что он использовал телекинез.
– А это было не так?
– Было бы это так, первое, что я бы сделала, – это попросила у тебя политического убежища.
– Логично…
– Мне просто показалось, но… нет, знаешь, забудь. Соколовы точно не маги. Мама сама проверяла. Это я просто с перепугу понавыдумывала.
– Ну как скажешь, Ева. Только я бы на твоем месте с Шурика глаз не спускала.
– Вот и отлично! – обрадовалась я.
