Автор
Лана осознает, что жизнь рушится: второй брак рушится, а она сама не в себе. Время превращает ее злость на мужа и себя в решимость изменить судьбу, даже если это означает выброситься из окна. Но как может одна женщина пересечь черту своей жизни?
– А ты хотел, чтобы я сама бегала с подносом? Прислуживала тебе и кланялась, да?
– Не помню за тобой даже намёка на подобные желания. Руководить – да, а что-то делать…
– Слава, ты бы заткнулся.
– Я не прав?
– А почему ты маме своей подобного не говорил? Она даже не знала, как воду вскипятить.
Игнатьев нахмурился, глянул на неё зверем.
– Тебе не стыдно? Ты в такой день говоришь о моей матери гадости.
Лана руками развела.
– Ты на её поминки явился после моего третьего напоминания!
– Лана, замолчи!
– А ты оставь моего ребёнка в покое! Со своими идеями!
– А, так это теперь твой ребёнок! – Слава издевательски ухмыльнулся.
– По-моему, это твоё заветное желание – быть не при чём!
Они замолчали ненадолго, Игнатьев сверлил жену взглядом, а та аккуратно обошла его и остановилась у окна. Отвернулась."
"– Я хотел предложить тебе это давно, – сказал он, в конце концов. – Я думаю, Соне это пойдёт на пользу. Ты можешь выбрать школу сама, самую лучшую. У моего знакомого дети учатся в Англии, он доволен.
– Я не хочу этого слышать.
– Потому что ты упрямишься!
Она резко обернулась.
– А ты просто хочешь избавиться от меня, а ребёнка отправить в интернат! Ты всё замечательно придумал, Слава!
– Я хочу обеспечить её будущее!
– Засунь свои деньги и желания знаешь куда?!
– Куда?
Лана задохнулась от возмущения и бессильной злости.
– Туда! Я тебе не позволю портить жизнь моему ребёнку! Жаль, что тебя родители только на два года в интернат спихнули, и ты там с лошади не упал головой об землю! Или упал?
Игнатьев лишь головой качнул, глаза закатил.
– Ты идиотка.
– А ты нашёл себе умную, да?
– Знаешь, мне даже нравится наблюдать, как ты бесишься. Хоть что-то смогло тебя расшевелить. Нужно было раньше найти себе любовницу, чтобы тебя встряхнуть.
– Ты гордишься собой?
– А ты хочешь продолжать жить в этом болоте? Лана, я тону.
– Купи себе акваланг, – зло посоветовала она ему.
Игнатьев свирепо оглядел её, с головы до ног, окинул странным, въедливым взглядом, после чего негромко, но вполне отчётливо ругнулся, и из спальни вышел. Лана ненавидела себя за то, что сделала, но всё же выскочила из комнаты вслед за ним, но довольно скоро себя одёрнула.
