В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
– Мы все перед ним ничтожество. – устало вздохнула она. – Мудрость того, кто вернулся с того света ни чета нашей. Он что дождь или снег. Стихия. Непреодолимая.
– Я так не могу… – как-то сгорбившись, произнес Иоанн Васильевич.
– Ты – Царь. Твоя власть – крепка. У него уже своя держава. Чего ты не можешь? Просто пережди эту стихию. Дождь не может идти вечно. И как он уйдет обратно в Царьград продолжай править.
– Царь милостью Императора…
– Ну что за вздор? Он ведь не требует от тебя признать его старшим братом. Он просто помогает.
Глава 10
1560 год, 19 июня, Москва
Купеческая делегация из Англии двигалась своим чередом. Во всяком случае так полагали в Москве. Достигла Колы. Потом Холмогор. И оттуда уже направилась в столицу. На поговорить.
Ну а что?
В условиях войны на Балтике она выполняла функцию дипломатической почты и по сути ключевого звена, связывающий Московскую Русь с Англией и иными странами Западной Европы. Поэтому никто такому желанию купцов не удивился.
Добрались они до Москвы.
Заселились.
"Под них в Китай-городе, торговом укрепленном районе столицы, уже подворье поставили.
И стали ждать аудиенции.
Как сказывали Иоанну Васильевичу – делегация в этом году большая и богатая. Явно что-то хотят. Поэтому он медлил с их принятием. Чисто эмоционально не был к этому готов.
Ему казалось, что англичане попытаются склонить его, православного Государя к непризнанию итогов Вселенского собора. Или хотя бы к тому, чтобы не делать никаких выводов из этого. Ведь там осудили всякие протестантские учения не просто как ересь, а как формы сатанизма.
И как ему поступать?
Ведь это решение продвигал без всякого сомнения Андрей. И теперь, когда он вошел на территорию Великого княжества Литовского провоцировать его не хотелось. Тем более, что Иоанн Васильевич и сам во многом разделял решения Вселенского собора. Они были логичны и понятны. Они не вызывали допущений и трактовок. Во всяком случае по этому вопросу.
Но торговать очень уж хотелось.
Дилемма…
Поэтому он мариновал англичан и очень надеялся, что проблема как-то сама рассосется. Например, они уедут и никаких вопросов прояснять не придется. А потом и дальше так торговать – без прояснения.
Но англичане не уходили.
Более того, упорно добивались аудиенции.
Так что, нехотя Царь уступил их просьбе. В душе кляня себя за малодушие и излишнюю доброту…
Вошли.
Красиво. Пышно. Все разодетые в шелка да меха.
