В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
Оставив их не только без еды, семян, оружия и денег… Но он мнит – до этого не дойдет. И что они раньше сдадутся.
Снова тишина.
Царь, вытаращив глаза, уставился на Марфу. Всем своим видом выражая вопрос: «А что так можно было?»
– Воевать можно по-разному, – мягко улыбнувшись, ответила женщина на витающий в воздухе вопрос. – Можно и брать крепости силой, ежели надобно. Но он не видит в том смысла. Сам-то в Царьграде сидеть должен. А Ливония далеко. На кой ляд она ему нужна? Посему сил великих тратить не желает. И особливо воинов своих.
– Да, я слышал. Не взлюбил их муж твой.
– И на то есть причины, – твердо произнесла Марфа, переменившись в лице. – Очень веские причины…
Поговорили еще.
Царь и так, и эдак подходил к супруге Андрея, пытаясь поймать на оговорках. Но та сохраняла стойкость. И как заевшая пластинка повторяла слова, что продумала заранее. Просто «проигрывая» их по-разному. И, подспудно, грузя Иоанна Васильевича массой лишней информации, которая по сути к делу не относилась.
Наконец Царь устал.
И поблагодарив за приезд, отпустил Марфу на отдых. Попросив меж тем не пропускать службу в Успенском соборе. Куда он ее приглашал не только как уважаемую княжну, но и как супругу иноземного монарха.
Женщина откланялась.
Анастасия ее проводила.
Вернулась.
И, прикрыв дверь, с порога, заявила:
– Нужно войска отправить на север. Чтобы Ладогу держали. Если Андрей идет вдоль Днепра, то Жигимонту добром это не обернется.
– Или послов.
– Хочешь со шведами мир заключить?
– Датчане ныне со шведами войну затеяли, как мне донесли. И отряд этот вряд ли будет получать провиант да плату от Густава. Датчане не дадут. А посему может заявить о прекращении контракта из-за неоплаты. Вот я и предложу ему перейти ко мне на службу всей оравой после такого решения.
– А согласятся?
– А чего им не согласится? Сейчас весна. Но будет осень.
– Это если они Ладогу не возьмут. А если возьмут – то выйдут в более тучные места. Будет с кого кормится.
– После разгрома Жигимонта они сильно сговорчивее станут.
– Но Марфа же сказала, что Андрей пойдет либо на Вильно, либо на Ливонию.
– Это она нам сказала. А им то не ведомо.
– Могут и не поверить.
– Могут. Но мы можем Андрея и направить куда нужно.
